Высокий, крепко сложенный детектив-инспектор выглядел так, будто вот-вот разрыдается. Последний раз Грейс видел его таким три года назад, когда тот переживал тяжелый разрыв с женой Ари.
– Не хочу впутывать тебя в это дерьмо прямо сейчас. – Брэнсон вздохнул и удрученно покачал головой. – Мы с Шивон здорово поругались вчера вечером… Не знаю… У меня такое чувство, что мы можем расстаться. Она считает, что мы должны отложить свадьбу до…
– До чего?
Гленн неопределенно пожал плечами.
– Что? Рассказывай! Что случилось? Мне кажется, вы были просто идеальной парой.
Брэнсон пару секунд помолчал.
– Ну ты знаешь, когда мы только начали встречаться, я говорил тебе, что она хочет детей, так?
Грейс кивнул, смутно припоминая этот разговор.
– И вдруг она заявляет, что не собирается заводить детей в ближайшие годы, потому что слишком поглощена карьерой. Я как выжатая губка, приятель, и это началось как раз вчера.
– Ты так торопишься? У тебя уже двое прекрасных детей.
– Да, и я не хочу, чтобы между Сэмом и Реми и детьми от Шивон была огромная разница в возрасте.
– Дети – это еще не все, приятель. Я думаю, она отличный человек.
– Для журналиста? – Выражение лица Брэнсона на мгновение смягчилось.
Грейс улыбнулся:
– Прекрасный человек. И точка.
Брэнсон оживленно закивал:
– Я тоже так думаю, но я увидел и другую ее сторону – она целеустремленная, амбициозная и вряд ли изменит свое решение. А я бы хотел еще детей, пока мои еще малыши. Она так славно возится с ними обоими, и я думал, что мы на одной волне и у нас сразу же будут свои дети. Ты же знаешь, я люблю этот фильм – «Брайтонский леденец», да? Оригинал с Дики Аттенборо, а не ремейк.
Грейс снова кивнул.
– Я не знал, что на самом деле сначала была книга, – сказал Брэнсон.
– Удивил! Многие хорошие фильмы – это экранизации хороших книг.
– Ну да, я смотрел его снова на днях – своего рода расширенную версию, где потом рассказывали об авторе.
– О Грэме Грине, – вставил Грейс.
– Да, там говорили о творчестве Грина и цитировали его – он сказал, что у каждого писателя должен быть осколок льда в сердце.
Грейс взглянул на часы, не понимая, куда он клонит, и подумывая вернуться к брифингу. Через час предстояло другое совещание – по вопросам культурного разнообразия в полиции.
– Хорошо, – произнес он, – так ты хочешь сказать, что у Шивон есть осколок льда в сердце?
– Да, именно! Так вот, ей заказали большую статью для «Аргуса» обо всех офицерах, которых в последние годы уволили по причине злоупотреблений. Она поинтересовалась, какие имена я могу вспомнить, – и я, после того как она огорошила меня этой новостью о детях, просто взорвался. Спросил ее, какого черта она не может написать статью обо всем хорошем, что делают полицейские, об опасностях, с которыми они сталкиваются, о службе обществу, вместо того чтобы поливать полицию грязью и превращать «Аргус» в какую-то скандальную газетенку, наподобие старых добрых «Ньюс оф зе уорлд».