– Что именно вы имеете в виду, мистер Хегарти? – спросил Килгор.
– Позвольте разъяснить некоторые обстоятельства, о которых вы, очевидно, не знаете. Несколько недель назад со мной связался мистер Гарольд Киплинг, который пару лет назад делал для нас строительные работы. Он сказал, что купил полотно на багажной распродаже и оно, по его мнению, могло быть оригиналом кисти Фрагонара – картиной «Лето» из давно утерянной серии «Времена года». Киплинг спросил, могу ли я сделать копию, чтобы он повесил ее на стену у себя дома. По его словам, он собирался поместить свое приобретение в надежное хранилище, пока не будет установлено, является картина подлинной или нет. – Заметив удивление на лице Килгора, он продолжил: – Я сделал для него копию, отдал ему ее вместе с оригиналом и оставил себекапусту . Как я только что говорил, мистер Килгор: какой смысл пытаться сохранить оригинал, который невозможно будет продать? Мой бизнес – копирование известных картин и подделка оригиналов. Я не занимаюсь кражей произведений искусства.
– Вы прекрасно знаете, что это чушь, мистер Хегарти. В мире полно коллекционеров, в том числе в России, Китае и других странах, которые платят большие деньги за известные произведения искусства независимо от их происхождения.
Чайник закипел, и Хегарти наполнил каждую кружку, затем дал чаю настояться.
– Не мое это дело, мистер Килгор.
Килгор выглядел так, будто сейчас взорвется:
– Ты должен был знать, что картина, которую мы забрали из дома Киплинга, – это твоя собственная чертова копия! Какого хрена ты ничего не сказал? Ты же знал, зачем нам нужна была копия!
Не обращая внимания на встревоженный взгляд Натали, Хегарти вытащил пакетики из кружек, открыл холодильник, достал пакет молока, добавил по две мерных ложки в каждую кружку, затем положил в них по чайной ложке с сушилки.
– Мистер Килгор, я никогда не подвергаю сомнению мотивы своих клиентов. Я делаю копии картин на заказ, это составляет бо́льшую часть моего заработка. – Он спокойно открыл дверцу шкафа, достал пачку печенья «Джемми доджер» и высыпал немного на тарелку. Подхватив две кружки одной рукой, он взял тарелку другой и направился к лестнице. – Извините, – сказал он на ходу.
Американец, слишком растерянный, чтобы ответить, отступил в сторону.
Уже за порогом комнаты Хегарти крикнул:
– Если вы хотите кому-то угрожать, то идите и угрожайте мистеру и миссис Киплинг. Мы видели их на «Антикварном развале», так же как вы или ваш работодатель. Вот с чего бы я начал, если бы гнался за оригиналом. Явившись ко мне, вы начали лаять не на то дерево. – Он замешкался на третьей ступеньке и произнес: – Рррр, гав-гав!