– Мистер Гофф, полагаю, вы сейчас гадаете, что тут происходит. Я прав? – При каждом слове его кадык двигался вверх-вниз на худой индюшачьей шее.
Арчи остро чувствовал себя не в своей тарелке – его затрапезный вид был совершенно неуместен в этом шикарном интерьере.
– Пожалуй, вы недалеки от истины… – ответил он.
Килгор сделал аккуратный глоток кофе, сложил руки на столе и слегка наклонился вперед:
– Что ж, позвольте объяснить, откуда взялись деньги на ваш залог. Я эксперт по французской живописи, а именно по старым мастерам. Вам знаком этот термин? – (Арчи отрицательно покачал головой.) – Знаю, вы только что покинули одно… э-э-э… заведение и вряд ли хотите слушать лекцию по истории искусства. Джентльмен, на которого я работаю, – а поверьте, это джентльмен высшей пробы, – ценитель настоящей живописи. Его коллекция старых французских мастеров – одна из лучших в стране. Вы слышали что-нибудь о художнике Фрагонаре?
Арчи снова мотнул головой.
Килгор взял конверт и извлек из него фотографию картины, сделанную, судя по всему, с экрана телевизора. Снимок был размытым, низкого качества. Присмотревшись, Арчи разглядел двух молодых влюбленных, устроивших пикник в ясный день у озера, слева от них виднелась крылатая статуя.
– Жан-Оноре Фрагонар, как и многие художники до и после него, создал цикл картин, посвященных четырем временам года: весне, лету, осени и зиме. Если я скажу, что на последних аукционах отдельные работы Фрагонара уходили за два миллиона фунтов, а мировой рекорд превышает семнадцать миллионов, это, наверное, объяснит вам интерес моего работодателя к данной картине. Ее показали в прошлое воскресенье в программе «Антикварный развал». Полотно находится у одной пары из Брайтона. Моему боссу требуется качественное фото этой работы.
Арчи нахмурился:
– Качественное фото?
– Позвольте пояснить. Мой работодатель посвятил жизнь поиску и возвращению законным владельцам шедевров искусства, пропавших, украденных, расхищенных на протяжении веков в неспокойные времена, в частности во Вторую мировую, когда нацисты грабили еврейские семьи в Австрии, Германии, Польше, а также во время оккупации Франции. Но это тонкая работа, и ключ к любому произведению – установление его происхождения. – Килгор улыбнулся, обнажив зубы с никотиновыми пятнами, и Арчи заметил желтоватые подпалины на его пальцах.
– И ваш работодатель внес за меня залог в пятьдесят тысяч фунтов только затем, чтобы я получше снял на камеру эту картину? – спросил Арчи.
Килгор уклончиво почесал затылок:
– В общем, да. Он знает, где находятся три шедевра этой серии: «Весна», «Осень» и «Зима». Не хватает только «Лета» – и он уверен, что это именно оно.