А затем сработала неумолимая термодинамика. Абсолютный вакуум, искусственно созданный вокруг армады, столкнулся с нормальным атмосферным давлением.

Раздался хлопок. Звуковая волна такой сокрушительной силы смела с палубы «Абсолютного Ноля» добрый десяток наемников, отбросив их, как тряпичные куклы, к надстройкам.

Призрачный японский дредноут и три находившиеся рядом костяные шхуны айнов просто, с мерзким хрустом схлопнулись внутрь себя. Искореженное железо, гнилое дерево и мертвая плоть смялись в один невообразимо плотный, замороженный до состояния абсолютного ноля шар. Комок мусора размером с карету с глухим, тяжелым плеском рухнул на дно лагуны.

Наемники, оглушенные и контуженные, прекратили стрельбу. Даже уцелевшие мертвецы на палубе, лишенные поддержки уничтоженных главных шаманов, замерли в явной нерешительности.

Ильяс медленно, плавно опустил руку. Лицо архимага было бледным, как полированный мрамор, а глаза превратились в два бездонных, затягивающих колодца тьмы.

— Вы всерьез думали остановить меня гнилыми досками и пожелтевшими костями своих ничтожных предков? — ледяной голос серба разнесся над затихшей лагуной, многократно усиленный аурой. — Я — Ильяс Мразко. И в моем присутствии даже смерть обязана соблюдать жесткую субординацию.

Но Ледяной Архипелаг еще не исчерпал свои сюрпризы.

На вершине центрального зиккурата, грубо высеченного прямо в теле черной скалы, вспыхнул ослепительно-белый свет. Зеленое зарево стремительно отступило, поглощенное новой, первобытной и дикой мощью. Фигура, неподвижно стоящая у главного каменного алтаря, высоко подняла посох, увенчанный огромным черепом неизвестного ледяного зверя. Верховный жрец клана айнов, тысячелетний хранитель покоя Снежной принцессы, лично вступил в игру.

Вода в черной лагуне пришла в неистовство. Из глубин, там, где только что затонула спрессованная армада, начало медленно подниматься нечто колоссальное.

Это был не корабль и не голем. Это был воплощенный, яростный дух самого Севера — чистый аватар грядущего ледникового периода. Гигантский, многотонный змей, сотканный из черной воды, острых ледяных игл и спрессованного в бетон снега, возвышался над мачтами флагмана на добрую сотню футов. Глаза чудовища горели бездушным, слепящим белым светом, а каждое дыхание превращало влажный воздух в сыплющийся на палубу алмазный град.

Аватар издал рев. От этого звука защитное экранирующее поле артефактора окончательно лопнуло с громким хрустальным звоном, навсегда оставив корабль без магической защиты. Тяжелый дредноут опасно накренился.