Семнадцатая глава
Мишка по-прежнему тощ, но уже не руки-ноги-палочки, а скорее медведь после весны. Линялый и голодный, выбрался из берлоги и вертит башкой в поисках пожрать. Выздоравливает! Отживел, порозовел, и начал заново покрываться мясом, загаром и хорошим настроением.
К Дюковскому парку подходим огромной толпой, чуть не в полста человек, и это только те, которые игроки и рядышком. Причастны, так сказать.
А там народищу! И не так, штобы вовсе уж чистая публика, всякие есть. Хватает и таких себе жучков букмекерских. Принюхиваются!
— Эге, — озадачился я, — Парни! Кто не играет, давайте наверное на деревья, а то ещё чуть, и даже там места не останется!
— Пропустите! Пропустите тренера! — пхаю Мишкину коляску вперёд, расталкивая публику. Фира в мой рукав вцепилась, штоб не затёрли и не затолкали, потом с другой стороны в коляску Мишкину.
— Молодой человек, — возмущённо оборачивается один из ненароком пхнутых, полное лицо дрожит от негодования, маленькие глаза решительно сощурены, губы сжаты, — вы бы…
— И где ты ходил⁈ — нашёл нас запыхавшийся Абрам Моисеевич, — Тибе давно ждут среди судей, а ты среди тут!
— Пра-апустите инвалида! — противным голосом заорал он, действуя куда как решительней, — Дорогу организаторам исторического матча!
Наслушался по дороге всякого, но в этот раз не отбрёхивался, а молчал, потому как на отбрёх нужно хотя бы чуточку времени и готовность к скандалу, а мы почти опаздываем.
Абрам Моисеевич, оценив толпу, не стал пробиваться в обход, а допхался до поля, поднял верёвочки с рекламными плакатиками, и ни разу не стесняясь сотен глаза, двинулся напрямки к столу, за которым и расселись организаторы. Уж на што я не телок, но под взглядами и свистом вся спина промокал, пока дошли.
— И всего-то, — бодро заявил Абрам Моисеевич, — а в обход-то зачем?
Я шляпу приподнял, ладонью по волосам, а они всё мокрые, как после ныряния. Н-да…
Поздоровкался со всеми, Фиру представил. Ну… как всерьёз, а не просто дочку тёти Песину. Потом они с Мишкой в сторонке чуть, а я организационные моменты обсуждаю. И сходу — вляп!
— Воды… как не привезли! — меня взрывает, — Кто ответственный⁈
— Да как-то… — и руками разводят. Взрослые вроде, и перед мальчишкой стыдно вот так вот навытяжку, пусть даже и сидя навытяжку, а што тут скажешь? Виноваты! Понятное дело, понадеялись один на другого, и дитя в итоге без глазу.
— Та-ак… — и ультиматум выкатываю, желваками этак сыграв, штоб видели решимость и злость, — не будет воды, не будет игры. Тих-ха! По такому солнцепёку бегать, вы с ума посходили⁈ Тут не просто солнечный удар, а как бы чего похуже не вышло!