Татьяне нитку бус коралловых — длиннющую, вокруг шеи полной на десяток разиков обернуть, да серебряный браслет с бирюзой. Дешевое серебро-то, грязное, с медью чуть не на две трети. Зато старинный браслетик-то, чуть не осьмнадцатово века.
Та порохом вспыхнула, и с таким удовольствием нацепила, што и правда — Рождество! И — угадал, как на неё делали. Такая стала… почти што раскрасавица. Все приказчики окрестные её теперича!
— На всех почитай знакомцев подарков навёз, — похвалился я, — даже и нашему дворнику! Ракы бутылку, да немаленькую. Всех, кого только вспомнить мог, одаривать буду.
Мария Ивановна только покачала головой, не одобряя не столько даже траты, сколько явно сомнительное происхождение денег на эти самые траты. Но поднимать эти темы Гиляровские не стали — говорено-обговорено не раз, што лишнее-то ворошить?
— … в карты выиграл, — рассказывал я на следующий день братам, — так… случайно. Матчи футбольные проводил, потом спорт вообще, ну и через это сошёлся с англичанами торговыми, среди них спортсменов много. Народ там в основном приличный, но такой…
— Англы, одним словом, — уверенно кивнул Мишка, скорчив пренебрежительную гримасу, и поглаживая кармашек для часов, в который так хорошо лёг подаренный швейцарский хронометр.
— Ну… да. Помнить нужно, што они всех прочих и вовсе за людей не считают. В уме держать. Сели так в одной компании с ними вистовать по копеечке. Я, Уточкин, Лёва Бернштейн, ну и англы. А я гляжу — подымают ставки англичане, да этак — знаешь, чисто по шулерски, уж на это-то насмотрелся! Засобирался было, но вы-то Уточкина все знаете.
— Азартен, — кивнул Санька, разулыбавшись.
— Агась! И это ладно, проиграл бы он сотенку-другую — не страшно, не из бедной семьи. Впредь умнее был бы. Но гляжу — приёмчики-то у англичан шулерские! Да не спецы, а так — щенки с самомнением. А мы ж как выглядим? Сергей азартен, я мальчишка сопливый, да при деньгах шальных.
— Сопливый, — усмехнулся Мишка, — такого тронь… дауркаганы одесские и московские за спиной.
— А это, — повторяю ещё раз — англы! Им на наши расклады плевать. И Лёвка! Он же такой шлемазл на вид, што только тавро поставить осталось. А што тихушник, и чем промышляет — скажешь, так не поверят!
— Во-от, — вспоминаю не без удовольствия ту ситуацию, — мы их и наказали! Благо, при свидетелях играли, отвертеться не удалось. Сперва деньги, а потом и вещички из коллекций проиграли. Разобиделись, канешно, ну и чорт с ними!
— Мальчики! — постучалась в дверь комнаты Татьяна, — Пирог поспел! Без меня обойдётесь за столом? Владимир Алексеич велел к дохтуру забежать.