– Правду? – Голос звучал хриплым шёпотом, очищенным от всяких интонаций. Мне было неинтересно смотреть на мужа и любовницу. Поэтому мой взгляд блуждал по палате, остановившись на пейзаже за окном. – Правда о том, что вы легли под женатого мужчину и считаете это великим достижением? Что ж, поздравляю с этим.
Аделина тут же вспыхнула, будто её до глубины души оскорбили мои слова. А сама она – невинная жертва обстоятельств. Она же не виновата в том, что он женился до встречи с ней.
– Не устраивай истерик, Вася, – произносит низким голосом, от которого мурашки привычно побежали по коже, как крысы, желающие покинуть тонущий корабль.
Я вскинула на него взгляд, не понимая, о какой истерике речь. Наоборот. Я слишком спокойна. Впрочем, я не знаю состав капельницы, которой разбавляют мою кровь.
И всё же муж выглядел так, будто ожидал иной реакции. Более яркой.
– Ада, выйди, – приказывает ей.
Девица хоть и выглядела недовольной, но всё же покинула палату, задрав к потолку нос.
– Я всё ещё люблю тебя, девочка моя. – Тон Матвея меняется, становится необыкновенно мягким. Будто это не он только что представил мне свою помощницу в качестве любовницы.
Он сел на край кровати, приминая своими килограммами матрас.
– Но ситуация изменилась. Ты меня очень разочаровала. – Он протягивает ко мне свою руку, касаясь холёными, гладкими, как кожа дельфина, пальцами моей щеки. Проявляя неестественную, инородную нежность.
Не представляю, откуда во мне нашлись силы не отшатнуться, не забиться в угол, пряча лицо от возможных ударов. Но хоть я и сжалась, всё же стерпела принудительную «ласку».
– Ты принимала контрацептивы, зная, как я хочу детей. Хочу их от тебя, – вменяет всё те же тоном с медовыми интонациями. Раньше я бы потонула в нём, как муха. Чтобы потом лишиться лапок.
Сжимает подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.
Ощущаю, как дрожат мои зрачки. Но всё же не отвожу взгляда.
– Ты не справилась со своими супружескими обязанностями. Иначе я никогда бы не посмотрел на другую женщину. Но я мужчина. Мне нужно увидеть своё продолжение в детях. В том, что случилось, лишь твоя вина.
И каждое слово звучало так логично. Почти правильно. Мой муж был талантливым оратором. Уверена, когда он выступает в суде в качестве государственного обвинителя, все сидящие в зале с открытыми ртами ловят каждое слово. Он настолько убедителен, что, не знай я, насколько он лжив и изворотлив, поверила бы.
Можно ли винить Аделину за то, что она попала под его чары? Часть меня хочет её предупредить, уберечь от жалкой участи, что её вскоре настигнет.