Щёки вновь загорелись. Но на этот раз не оттого, что их обжёг мороз.
А от привычного стыда. Будто в том, что я ошиблась в Матвее как в человеке, есть моя вина. Впрочем, возможно, так и есть. Просто я слишком долго терпела. И не заметила, как вода в кастрюле начала кипеть.
– А… где сейчас Матвей? – осторожно поинтересовалась.
Зейд бросил на меня короткий взгляд. Будто проверяя, какая подоплёка у моего вопроса. Волнуюсь ли я за мужа или за то, что мне вновь придётся лицезреть его физиономию.
Конечно, второе.
– Последний раз я его видел, когда он рыскал в моём доме в поисках тебя.
– О.
– Я отвезу тебя в другое место. О котором он не знает.
– Спасибо. – Прикусила до боли нижнюю губу. – Я… у меня есть знакомые. Можешь не беспокоиться, мне помогут.
Не уверена, конечно, что Хантер 22 предоставит мне ночлег. Я даже не знаю, находится ли он в России. Мозг судорожно принялся перебирать родственников и знакомых.
Затем – любой способ заработка, который меня бы устроил. В конце концов, высшее образование не мешает мне стать курьером доставки… А ночевать могу и в хостеле.
– Карамелька, – тяжело вздыхает Ямадаев, – ты можешь жить у меня. Столько, сколько тебе надо.
Я уставилась пустым взглядом в одну точку. Его предложение оказалось нереально заманчивым. И всё же… будь у меня выбор, я никогда не приняла его. Но, очевидно, такой роскоши, как отказ, я не могла себе позволить.
Отложив в дальний ящик работу на даркстор, я кивнула.
– Спасибо, – повторила ещё раз, испытывая дурацкое смущение. Но Зейд и бровью не повёл. – Я…
Хотела сказать, что найду способ его отблагодарить, но эти слова даже в моей голове звучали пошло.
– Не переживай. Ты там будешь не одна. И ничего взамен мне не нужно. Кроме правды, но о ней мы поговорим позднее, – не отрывая взгляда от дороги, заверил мой спаситель.
Да, мне тоже хотелось бы услышать немного правды.
– Как ты оказался на свободе? – Мой взгляд вновь примагнитился к его запястью, украшенному… Что это? «Патек Филип»? «Ролекс»? В любом случае я едва не ослепла от подобной роскоши.
Кто ты такой, чёрт возьми?
– Изменились обстоятельства, из-за которых я сидел. – Зейд потёр заднюю сторону шеи – и это было единственным, что выдавало неловкость, которую он, по всей видимости, испытывал.
Ещё внимательнее вцепилась в него взглядом. Как жена прокурора, я не понимала эту комбинацию слов. Осуждённые просто так не покидают стены тюрьмы. Они либо отбывают наказание, либо выходят по УДО.
– Окей, – недоверчиво кивнула, делая вид, что принимаю эту вариацию ответа, – что же изменилось?