***
Они пришли в баню, они омылись в бане, они отдыхают в бане.
Именно эти слова точечно описывают весь дальнейший порядок действий, который требовательно проделать в купальнях подобного типа. Нилрем приказал коротко идти, прямиком в знакомое место. Ранее он посещал его после долгой и непрерывной поездки из города в город, из деревни в деревню, где набирал репутацию (для образа Панацеи) и деньги. Впервые мальчика сюда привела Тереза Латрей, в этот раз женщина осталась не у дел, поскольку отправилась на работу, служить телохранителем Мико Памяти и знакомится с новоприбывшими хранителями.
Пол Грейрат, как настоящий отец стоял сзади, пуская вперёд сперва детей, потом и Лилию, заходя внутрь под конец, примечая глазом вывеску заведения «Горячая линия».
Ещё одним нововведением которое не мог неё заметить мужчина была девочка, на вид тринадцати-четырнадцати лет, может и старше, Грейрат понимал, что девочки чаще растут быстрее. Алые волосы, два длинных хвостика и бесстрастная улыбка. Выражение лица Пола могло вызвать у окружающих беспокойство, ведь оно думало, в какой момент дня, к их семейным посиделкам присоединилась неизвестная девочка. Однако беспокоиться за горе отца спешить особо никто не начинал, все были заняты своими более важными делами. Так уж получилось, Пол не спросил, а ему и позабыли рассказать о малышке, которая то и дело терлась где-то по правую руку Нилрема, не особо напоминая собой простую прохожую. Естественно, как родителю, Полу было интересно узнать, что за миловидная барышня рисуется рядом с его сыном и крутит перед ним хвостиками. Учитывая характер Нилрема, Пол не отказался бы от возможности подстрекать неопытного сына в делах любовных. Уж где-где, а на этом фронте отец семьи Грейрат стоял далеко в авангарде, пускай не всегда это место выставлялось как достоинство.
Распрощавшись с Лили и дочерями, которые по неловкости воссоединения не знали, о чем толком то говорить. За время похода от школы и до бани, они разве что перекинулись парочкой заурядных фраз на манер: «Какая хорошая погода, не так ли?» Перед тем как уйти на свою половину Нилрем подозвал своих сестер к себе опустился на корточки и что-то с ними обговорил, да так, что сама Норн удивлённо воскликнула: «Так ты…» и быстро прикрыла открытый рот ладошкой. Пол так и не понял, почему Аиша осталась невозмутимой, если сестра так всполошилась.
Все-таки, закончив со всеми формальностями, группа рассталась. И отец остался в кабинке бани наедине с сыном. На тот короткий и жаркий период все вопросы отпали, и вернулись на сущие капли мгновение, когда его тело по шею погрузилось в теплую и расслабляющую воду. Разгладились все морщины на лице, пропали синяки под глазами, а вопросы едва не утекли из сознания попутно забрав весь речевой аппарат.