«Но уже поздно, жалкие черви! Я выучил заклинание среднего ранга и могу беспрепятственно его использовать!»
— И все же…
— Какая же мелочь тебя тяготит. Знаешь, в некотором роде я тебе даже завидую.
Правда оказалась воробьем. Проворным и ловким до той степени, что языком поймать не удалось, и он просочился наружу, вылетел так, что не поймаешь. Свезло. Спасибо и на том, что выдал достаточно мутную формулировку, без определенного указа.
Глаза брата встретили мои, и были те достаточно удивлены, чтобы неотрывно смотреть на меня.
— О чем ты? — вопросил Рудэус поднимаясь на кровати. Он принял более устойчивую позу, где скрестил ноги сидя. Его тушка была напротив моей. Две кровати по разные стороны комнаты.
— Да так, о своём… о своём.
Невидимое обычному глазу напряжение, ещё слишком слабое, чтобы его как следует ощутить, только формировалось. Конечно, как более сознательный, я отмахнулся рукой беря на лицо полуулыбку. Тогда же тело развернулось горизонтально.
— Все я спать, — распотрошив красиво застеленное одеяло, хотелось попросить прощения у Лили. Она определенно заняла место в моей голове, на два или три дня.
Только погасив свет становилось понятно, как темно уже за окном. Казалось бы, день должен становиться все длиннее и так оно и было. Тьма за иллюминатором свидетельствовала об очень позднем времени. Мы засиделись слишком сильно, вот так, ведя пустые диалоги.
— Знаешь, — Рудэус заговорил шёпотом. — ты не стесняйся, делись мыслями, мы ведь братья.
А ночь сегодня на удивление тиха. Специально ли она притихла, дабы дать Рудэусу возможность высказаться? Хах, какое изумительное слушанье.
— Обязательно.
Разве могу я отринуть благородный порыв моего названного брата? Какой чурбан в моем случае так слал бы? Никто. Впрочем, парень, сосед по комнате со мной, что тот слепой котёнок, не видит он, какие мысли гложат его хозяина.
«Братья…» Именно потому что мы такие, какие есть, нам никогда не понять, какими нам суждено было вырасти. Подделки. Что ты, что я, что наше окружение.
Не лучше дронов, которых нарядили в папье-маше. Подкинутые души, мы ведаем о своей участи, но предпочитаем закрыть на неё глаза. Забыть, оставить себя и других в неведении. Именно потому что мы такие похожие, мы всегда будем братьями с тобой Рудэус.
Ко всеобщему удивлению, учитель по магии нашелся катастрофически быстро. Практически на следующей неделе уже должен прибыть старый дед, или если он позволит, дедушка. Хм, если втираться к старшему в доверие обзывая его приторно-ласково: «Дедуля», он раскроет мне тайны всей магии? Или хотя бы запретной?