— Нилрем! — меня наконец заметили, и трех лет не прошло, а катаракта старика начала рассасываться. — Рутра! Что случилось?! Что с вами?
— Вот, несу Рутру домой.
— Ты его за шиворот тащишь…
Уже говоря тише, он тихой уткой над утятами, принялся нас холить и лелеять. Вернее, мне перепадало за компанию, основной целью был именно Рутра. И здесь меня не приняли в семью? Как так?
Утрирую конечно, ну а как иначе, поле всех этих: «Нилрем расскажи…», «Зачем вы полезли?», «Почему не дождались меня?» И его коронная: «Вы могли погибнуть!»
Ситуацию довелось обрисовывать так, что смерть нам грозила исключительно из-за смеха. Не поверили. Пришлось во второй раз повести слова по рельсам полуправды потихоньку, не сгущая краски и не вдаваясь в ненужные детали, типа криков и соплей. Рассказал, как я бандитов на ноль помножил, в то время как Рутра оказал помощь только с последними, а после ушли победителями, с триумфом.
Хмурый Эктор засопел в две ноздри, и после услышанного рассказа послал домой откисать и восстанавливать силы, а сам сунулся в лес, дескать, проверить, все ли верно.
Умея считать до двенадцати считай до десяти. В подобном принципе есть что-то хитрое и дьявольское. Пускай старик побродит, может грибы соберёт, займётся в кои то веке вычислительными упражнениями, посчитает сколько трупов. На меня упало нелёгкое бремя, дотащить себя и Рутру к моему дому. С этой задачей справился, уложил Рутру прямо во дворе, смотреть на уходящее солнце, а сам, создав каменную ванну, залил её горячей водой и скинув одёжку, плюхнулся в неё. Нет ничего лучше, чем на свежем воздухе умыться в горяченькой воде после длинного дня.
Если бы не держащее меня все это время напряжение, моя голова давно свалилась бы в тот самый сон, в который я и упал, вот прямо в ванне.
«Я же никого не забыл?»
— Вот, — стены опустились, а на мои глаза тут же попала сопящая Гвен, большеглазая девочка которая сейчас дрыхла без задних ног. Подойдя ближе, в уголках её заспанных глаз мне довелось заметить отличительные такие покрасневшие следы… как после натирания глаз, она что ли плакала? Ну подумаешь, на одну ночь оставил её в каменной будке, ей не привыкать спать вне дома. Замечал эту малышку, крадущуюся ко мне домой. Она свой любопытный нос в мою обитель раз пять совала, три из них заканчивались тем, что та, засыпала рядом со мной, а просыпалась по утру уже одна. Так что одна ночь, в коробке, посреди поля, не велика забота и вообще, ей благодарной мне нужно быть, в этой каменной коробке безопасно…
Ну забыл я про неё! Совершенно вылетела надоеда из головы, с кем собственно не бывает? Хах, может после такого наконец отстанет?