— Не смей склонять голову, Аиша, ни перед кем.
Разогнавшись, Аиша мышкой юркнула поближе, взяв в кулачки подол собственного платица, лукаво спрашивая:
— Даже перед вами?
Нилрем ощутил тычок смешком.
На самом деле, даже зная парня, привести его в логический тупик очень непросто. Но вот столкнув самомнение с озвученной мыслью, могло заставить его задуматься и выбрать между двух зол одно. Подобным промышлять Нилрем дозволял разве что близким людям, и, конечно, такая умная девочка как Аиша, не была вне круга. Опустились поднятые к небу плечи, Нилрем тихо буркнул:
— Ну… я исключение.
С огромным перевесом победило его самомнение, а прошлые слова шли дальше, лесом.
— Тогда… — уже повиснув в его объятиях, Аиша вновь мельком заметила красивую, красную бабочку, которая каким-то образом влетела в зал. — Спасите мою матушку, её держали далеко, и я не могла ничего сделать, очень вас прошу! Я знаю где она! Идёмте, отведу!
Ещё не научившись различать реакции брата, его лицо показалось ей равнодушным, потому она скривила мордашку и пустила слезу попутно выдавая из себя урчащие звуки. Нилрем был готов улыбнуться, похлопать сестре за подобный талант. Будь это их первая встреча, он несомненно поверил бы на слово. Но… он уже видел настоящие слёзы Аиши и знал им цену. Она не могла быть такой маленькой.
— У тебя нет причин бояться. Мои товарищи решат вопрос, — тронув землю, и отодвинув от себя непонимающую сестру, Грейрат заключил её в каменную клетку, окунув девочку во мрак с тремя маленькими отверстиями по бокам. Он отделил себя от родного человека. По пути крови, Нилрем считал, что должен идти один. Иначе в этом нет никакого смысла.
— Нет! — осознав, как рушатся иллюзии её обмана, малышка расширила глаза. Аиша бросилась к стене, яростно стуча по стенкам кулачком. — нет, нет, нет! Не надо! Остановись!
— Не волнуйся, — Нилрем оставил сестру позади, в плотной коробке дабы она ничего не видела. — я закончу быстро.
— Не надо больше… Прекрати… глупый брат…
Маленькая ручка выбилась из сил, а колени так устали, что опустились вниз. На лице Аиши вновь появились две дорожки слёз, она заныла. Так потихоньку ныло маленькое сердце.
Была ли то забота о Паксе? Что ж, врать Аиша себе не будет. Те месяцы, что она прожила, обучая Пакса не стоили и одного мгновения, за которое она увидела брата. Кажется, Нилрем неправильно истолковал слёзы Аиши, когда её держали в плену. Уже тогда она ощущала себя в полной безопасности. В слезах содержался не страх, то было счастье. Как такая маленькая и гениальная горничная могла забыть голос Учителя? Голос брата, который все приносил им с Норн забавные истории, веселые уроки с магией… Это было удивительно, но, ей все было понятно сразу. Так почему же именно сейчас она сидит во тьме, в тюрьме, как непослушное проклятие и пускает слезы?