— Если вы совершите подобное, то вас объявят в розыск по всему королевству.
— И что же? Почему я не должен этого делать?
Первый вопрос от Нилрема, который и вправду звучал так правильно. Если выбирать между двумя вариантами ответов «да» и «нет», на вопрос, «Убить ли Пакса», Аиша ответила бы «да». Но перед ней не бланк с вопросом и двумя ответами, перед ней живой человек действия которого имеют свои последствия. И сейчас этот самый брат, как новорожденный спрашивает «почему мне нельзя убивать принца страны, в которой я нахожусь?»
«Это нелепо!» Истинно так мыслила Айша Грейрат.
— Убив принца Пакса, вы умрёте. Вас казнят, приговорят к повешенью или пустят голову на плаху, или сожгут! Вы хотите этого?! — осознав, как она приблизилась, как яростно сжала кулаки, чуть не заглядывая в рот к брату, Аиша резко отстранилась, как от огня. Взгляд упал в пол. Продолжила уже медленно и все мельче выдавая голос, желая, чтобы все её слова улетели в пустоту. — вам до конца всей жизни придётся провести в бегах… мое спасение не стоит подобных жертв.
Разрывающая сердце тишина, заставляла Аишу погружаться во все более темные уголки разума. Лицо практически не менялось. Оно все так же смотрело в пол, но за сомкнутыми губами зубы сжимались все сильнее, а брови понемногу опускались.
На голову хмурой малышке опустилась рука во второй раз. За собственными мыслями Аиша не заметила, как тихо Нилрем пересел поближе.
Взметнув голову, она заметила, как безмятежно лицо брата, и как тот, теперь уже вместе с ней, смотрел на скованного стеной Пакса.
Нилрем прикоснулся к земле рукой, и ближе выросла стена, закрывая неугодного принца полностью. На ней же, начала собираться масса податливого как пластилин камня. Нет, то была темная земля, болото. Без лишних рук, кусочек деформировался и изменялся. Он не принимал конкретного вида, пока маг не начал говорить:
— Аиша, я уверен, тебе известно, что такое сокровище, — брат подвинул к себе сестру, ткнув её плечо своим. Его голос оказался вкрадчивым. — Но, абсолютно так же, я уверен, что ты не знаешь кое чего важного, — камень-пластилин, застыл, впервые приняв свою форму. То была темная куча монет. — Ты не знаешь одной важной детали. Я дорожу своим сокровищем больше всего на свете. Их драгоценность, их блеск, их редкость. Основа основ их права называть себя сокровищем, ценностью. Иногда это гора денег, — стоило произвести «гора денег», как монетки сжались в одну маленькую. — А иногда и памятная монета. Ты только представь, Аиша, есть люди, которые и кусок ткани обзовут священным…