Все же…
О стенку что-то стукнулось; Аиша удивлённо подняла глаза с земли, шмыгнув носом в последний раз. Догадалась, что-то была голова. К ней, в одно из тех немногочисленных отверстий, залетела бабочка. Красивая, красная.
— Ну и чего ты хочешь?
Аише больше не казалось таким простым делом обвести брата словами.
«Он даёт мне шанс?» Дворец, его интриги и законы по которым жила раньше Аиша, калёным клеймом отпечатался на её уме. Впрочем, не столько дворец, сколько виноваты его обитатели, они заставлял Аишу учиться врать, недоговаривать, обманными словами искать выход… Не знай малышка магии, а её мать по-прежнему оставалась калекой, все могло сложиться по-другому. А так…
— А вы исполните, то, чего я хочу?
— Тебе не кажется, что исполнять желания должен другой персонаж?
— Такой как Джин?
— И как? Я схож с ним?
Прищурившись, Аиша мелко улыбнулась. Её грустила мысль о том, как человек за стеной не видит простых последствий от убийства принца целого королевства.
— А мне не видно.
— Ну так сейчас…
Приложив руку к клетке, вся земля поплыла, вновь обращаясь в ничто, и открывая вид на сияющие, пускай слегка подпорченные слезами глаза сестры.
Пусть сейчас Нилрем сидел на земле и был где-то на одном уровне со стоящей сестрой, но даже так, он умудрился холодно и высокомерно пропеть свою балладу:
— Похож? — Нилрем надавил на девочку глазами.
— Нет… — тихо промямлила она. Атмосфера в бальном зале и без того не располагала к приятной беседе, которой, как и всем беседам в мире, положено начинаться со слов: «Красивая погода».
— Вот и не мечтай о несбыточном, — и всё же гнев свой унять было сложно. В любую секунду, Нилрем мог заново вспыхнуть, и броситься на недобитого принца. Аиша видела это в его взгляде.
— Тогда… тогда мне можно просьбу? Одну, я больше не попрошу! — она оставила свою неряшливость и беззаботность. Села на тот же пол, что и отдыхающий брат, и без намёка на веселье, продолжила. — Не убивайте седьмого принца Пакса Широнского, прошу.
Уставившись на сестру, Нилрем осознал всю её серьезность. И если эту хрупкую вещь в девочке сейчас сжать, уничтожить одним словом «Нет», то больше она не будет выдавать свои слова прямо. Нилрем мог все прочитать в этих дрожащих, заплаканных глазах. А совершить мог ещё больше, лишь бы больше не «читать» этот красный взгляд. Если брат мог понять сестру, то та, видимо не до конца понимала его. Нилрем возложил слишком большие надежды на неё.
— Поясни.
Слово оказалось на странность тихим и мягким, в сравнении с прошлым окриком Аиши. Та слегка перемнулась в насиженном месте, окинула взглядом того, кто был за спиной брата.