— Госпожа, вам звонят.
Гу Сюэлань повернула голову и, держась пальцами за край фарфоровой чашки, небрежно спросила:
— Кто?
Служанка держала трубку, не решаясь говорить при всех. Поколебавшись мгновение, она наклонилась и прошептала хозяйке на ухо так, чтобы слышали только они:
— Из по-полиции… Говорят, молодой господин подрался, и очень серьезно. Другая сторона требует оплатить лечение. Как поступим? Отправить кого-нибудь разобраться?
Лицо Гу Сюэлань мгновенно побледнело.
Глава 3
Отделение полиции поселка Хэйшуй, город Б.
— Кто опекун Се Юя?
— Я его мать. — Гу Сюэлань стояла в участке, заметно нервничая. — С ним все в порядке? Он не ранен? Сколько нужно за лечение? Я заплачу любую сумму, только отпустите его немедленно.
Женщина-полицейский даже головы не подняла. Привычным движением она вытащила из папки справа бланк и шлепнула его на стол:
— Это все потом. Сначала заполните бланк.
Спустя некоторое время, разобравшись с текущими делами, она закрыла ручку колпачком, подняла глаза и произнесла:
— А сынок у вас боевой. Один против пятерых. Так их отделал, что ни одного открытого синяка — все травмы внутренние, без рентгена и не разглядишь.
Гу Сюэлань окаменела, не зная, как реагировать.
Полицейская смерила ее оценивающим взглядом и небрежно спросила:
— Вы ведь не местные?
— Мы… из города А, — ответила Гу Сюэлань.
Драка Се Юя на этот раз не считалась серьезной. Хотя прибежавшие в участок дружки во весь голос твердили, как их босса унижали, втаптывали в землю и жестоко избивали, полицейские, составлявшие протокол, сильно в этом сомневались.
Они приняли за свою практику сотни вызовов, но таких «пострадавших» видели впервые: разноцветные волосы, торчащие во все стороны как вороньи гнезда, пирсинг в ушах и носу, стойкий запах табака и дешевого алкоголя, а на руках — брутальные татуировки с драконами и тиграми. К тому же, стоило пробить их данные по базам, как выяснилось, что за каждым числится солидный список приводов за хулиганство.
— Вы утверждаете, что все изложенное вами — правда?
— Правда, чистая правда! Наш босс до сих пор разогнуться не может!
Полицейские перевели взгляд на мужчину с помятым лицом, который стонал на диване в углу, потирая живот. На шее у него тускло поблескивала массивная золотая цепь.
— Больно-то как, мамочки… Посреди бела дня честного человека искалечили! Ну и молодежь пошла… Ой, больно, даже говорить тяжело!
— …
Гу Сюэлань заполнила анкету и расписалась в нижнем углу.
— Хорошо, — кивнула полицейская. — Подождите здесь, допрос вашего сына еще не окончен.
Гу Сюэлань крепче сжала ремешок сумочки. Ей безумно хотелось поскорее уйти отсюда.