— Се Юй!
Юноша взглянул на нее:
— Тётя Мэй, слушайся меня.
Мгновение — и двери с тихим щелчком сомкнулись. Лифт увлек ее вниз.
У стены стояла швабра — видать, уборщица забыла ее, закончив работу. Се Юй подхватил ее, наступил на тряпку и резким рывком выдернул деревянную ручку.
Взвесив палку в руке, он наконец поднял на них взгляд:
— Что надо?
Он знал эту шоблу. На Хэйшуйцзе хватало мелких бандитов, которые шатались повсюду под предлогом сбора платы за «крышу». Стоявший перед ним Тигр, по слухам, всего пару месяцев назад вышел из тюрьмы, где сидел за то, что чуть не зарезал человека. Короче, строил из себя жуткого авторитета. Но что там было на самом деле, никого особо не волновало.
Тигр перебивался мелкими поборами и тащился от того, что кучка безмозглых прихвостней величает его боссом. Жил себе не тужил, пока не встретил Сюй Яньмэй. Все началось с того, что она ему приглянулась: баба видная, с характером, острая на язык.
Одно плохо — не желала знать его. Сколько он ни подкатывал, всегда получал жесткий отпор. Неблагодарная дрянь.
При этой мысли взгляд Тигра потемнел:
— Малявка, не лезь под горячую руку.
Се Юй и бровью не повел. Зато торговцы, попрятавшиеся в лавках и боявшиеся издать хоть звук, перепугались не на шутку: с таким беспределом они столкнулись впервые. Эти типы ввалились нагло, начали громить прилавки, с первого взгляда было ясно — отморозки.
Стоит ли вызывать полицию? Но на Хэйшуйцзе действовало неписаное правило: уличные дела решаются по-уличному.
И тут они увидели, как «хороший мальчик», о котором говорила Мэй-цзе, стоит один против пятерых у лифта с абсолютно безучастным лицом. Он вынул руку из кармана и небрежно поманил бандитов пальцами. Не поймешь — то ли провоцирует, то ли ему действительно плевать:
— Жить надоело, раз к папочке явились? Мне некогда с вами лясы точить. Давайте все вместе.
«…»
Тигр не хотел признавать этого даже перед самим собой, но на долю секунды этот пацан, явно еще школьник, заставил его опешить. Взгляд у мальчишки был тяжелый, ледяной, пробирающий до костей — он смотрел на них как на кучу дерьма. Короче, совсем не так, как смотрят тепличные детки.
Тигр был взвинчен до предела, да и привычка рисоваться взяла свое. Он демонстративно рванул ворот футболки:
— Молокосос, а язык подвешен. Ты хоть знаешь, с кем связался? Пойди поспрашивай на районе — перед Братцем Тигром все на цыпочках ходят… Видал шрам на шее? Это я в тюряге с вертухаями махался. А ты, щенок, этой шлюхе кем приходишь? Чего удумал, побить меня решил? Драться вздумал этой палкой? Да ты хоть…