Ведущие зачитали длинное приветственное слово и объявили первый номер:
— ...А сейчас мы приглашаем на сцену учеников десятого класса с поэтической композицией «Моя любимая школа». Пожалуйста, поприветствуем их аплодисментами!
Всех участников концерта посадили в первые ряды зрительного зала, чтобы им было удобнее подниматься на сцену.
Стихотворные чтения были довольно скучными. Се Юй, немного послушав, повернулся к одноклассникам:
— Наш класс под каким номером выступает?
— Ты что, программу не читал? Мы идём сразу за вторым классом, восьмыми по счёту.
— Не обратил внимания.
Пока они шептались, чтецы на сцене закончили своё выступление и поклонились залу. Свет в помещении полностью погас. Через несколько секунд прожекторы снова зажглись, и на сцену вышли ведущие в нарядных костюмах:
— Огромное спасибо первому классу за их прекрасное выступление. В этот знаменательный день, уверен, сердца каждого из нас переполнены гордостью...
Выступление одиннадцатого второго класса представляло собой юмористическую сценку. Зал то и дело взрывался от хохота, и этот шум наконец разбудил задремавшего Се Юя.
— Наша очередь, — Сюй Цзин передала сообщение по ряду. — Приготовьтесь и не волнуйтесь.
Ло Вэньцян от волнения смотрел на сцену не мигая. Повернувшись, чтобы передать слова культорга назад, он увидел, что Се Юй, сидевший справа от него, сонно протирает глаза:
— Мы следующие... Юй-гэ, ну у тебя и нервы, конечно. Спокоен как танк.
По школе давно ходили слухи, что главные хулиганы третьего класса примут участие в концерте. На школьном форуме этой теме посвятили несколько популярных веток, где ребята писали: «Это историческое событие! Если я увижу их на сцене своими глазами, то прожил жизнь не зря».
И хотя все много раз представляли себе этот момент, реальность превзошла все ожидания.
[1] Аарон Квок (郭富城) — Гонконгский певец и актёр, один из «Четырёх небесных королей» кантопопа 1990-х; эталон мужской красоты.
Глава 80
— 11-й «В» класс, танец «X».
Едва ведущий произнёс эти слова, весь класс в зрительном зале разразился восторженным рёвом. Волна ликования покатилась с задних рядов к передним:
— О-о-о!
Кто-то начал свистеть. Поначалу свист был редким, но прожекторы, освещавшие зрительские ряды, стали гаснуть один за другим, погружая зал во тьму от первых рядов до самых последних.
На сцене остались гореть лишь десятки ярких софитов. Они светили со всех сторон, ослепляя выступающих до рези в глазах.
— Дыши глубже, — произнёс Хэ Чао, поднимаясь со своего места. — Физорг, тебя буквально трясёт. Чего ты испугался?