Оно про Государыню, которая Ливадию посетила, это да! Событие! Такие все чины придворные, даже которые дамы. В мундирах мущщины все, да при орденах. Авантажные!
Или реклама одёжки от «Мюр и Мерилиз», тоже интересно. Она такие заметки вырезает и хранит в баночке из-под леденцов, выпрошенной у гордячки Тамарки. Ей часто ухажёры дарят всякое такое!
Перебирает иногда резаное, и себя в одёжках таких представляет. Или в Ливадии, фрейлиной при Дворе.
Может, она тоже эта… дочка графская! Выкрали в младенчестве цыгане, да подкинули на воспитание. А потом её найдут, в объятиях у маменьки с папенькой поплачется всласть, да замуж за одного из этих, с орденами. Ва-ажной бы стала дамой, да небось не хужей прочих!
— Сколько, говоришь?
— Пока не говорил, — усмехнулся вредный мальчишка, — мне в нескольких цехах побывать надобно. Смогёшь? Так, штобы не просто мимобегом в ночи, аки тать, а за работой понаблюдать.
— За работой, — Полина понимающе кивнула, и в душе её будто расправилось што-то. Как же, репортёр! Конкуренты небось наняли, штоб прознать всё! Наняли и наняли, не её то дело. Не керосинщик, и то ладно.
— В нескольких? — девушка закусила закровившую губу, с трудом собирая непривычные к тому мысли, — можно…
— Не слышу в голосе уверенности! — оскалился нахалёнок.
— Да можно! — затараторила девушка, — Договариваться только придётся. Делиться! Никак не меньше ста рублей за такое!
Сказала, и дыхание затаила. А ну как и даст? Без торговли? Там всей делёжки — сторожу казёнку принести, в знак уважения вроде. А уж нору устроить этому мальчишке, она и сама! Пусть хоть обсмотрится. Но если вдруг што, то знать ево не знает!
Попросится у мастера лишнее поработать, а там и ночевать при заводе останется. Не она первая, не она последняя! Тогда-то водка сторожу и пригодится. Вроде как уважение.
А сто рублей, то оно и ого! Приданое!
— Сто, говоришь? — мальчишка задумался, и Полина напрочь перестал дышать. Странноватая усмешечка, и кивок, — А пожалуй, што и да.
Девушка выдохнула…
— Уговор, — продолжил он, — но с условиями!
Мокрое от пота мальчишеское тело двигалось медленно, замирая иногда на пару секунд. Сквозь стиснутые зубы вырывалось иногда сиплое дыхание. Последний судорожный рывок…
… и подбородок коснулся перекладины.
— Тридцать два, — подытожил я вслух, спрыгивая вниз, — неплохая проходочка!
Завербованная девушка вызывает у меня некоторые сомнения, но увы и ах, возраст накладывает немалые ограничения.
Условились на авансе в двадцать рублей, и вся надежда только на жадность Полины. Проинструктировал вроде, но сомнения точат червяками. Ни разу не интеллектуалка, н-да… Впрочем, интеллигентные и артистические люди без надлежащего опыта, в таких делах как бы не опасней натур примитивных.