Я замерла, глядя на него расширенными от ужаса и недоверия глазами. В голове билась одна мысль: «Он врет. Он не может отпустить». Но в его взгляде не было милосердия. Был лишь холодный азарт охотника, который выпускает дичь из клетки, чтобы насладиться погоней.

— А если поймаем... — он сделал долгую паузу, и его губы растянулись в самой жуткой, плотоядной ухмылке, от которой кровь стыла в жилах. — Сама знаешь, ребята заждались. Ужин будет очень долгим. И очень болезненным. Посмотри на них, Тася. Они не такие терпеливые, как я.

Я посмотрела на его свиту. Пятеро здоровых, озлобленных парней с садистским блеском в глазах. Шестьдесят минут жизни. Или вечность в аду, который они мне уготовили.

— Время пошло, — холодно бросил Лёха, не сводя с меня глаз. — Беги, Тася. Беги так, как никогда в жизни не бегала. Если хочешь дожить до завтра.

Я не стала ждать ни секунды. Рванулась с места, едва не упав на скользких листьях, и бросилась в самую гущу черных, враждебных деревьев. В спину мне летел их издевательский гогот, свист и улюлюканье, но я слышала только одно — бешеное тиканье его часов в моей голове, которое отсчитывало последние мгновения моей свободы.

Лес был похож на огромную черную пасть, утыканную острыми клыками ветвей. Я бежала, не чувствуя ног, задыхаясь от ледяного воздуха, который раздирал мои легкие, словно осколками битого стекла. Хруст веток под моими ногами казался мне грохотом обвала, выдающим каждое моё движение, но звуки за спиной были куда страшнее.

Они не таились. Наоборот, они улюлюкали, свистели и орали на весь лес, превращая мою агонию в веселое, азартное сафари. Лучи их мощных фонарей то и дело прорезали темноту рядом со мной, выхватывая из небытия стволы сосен и голые кусты, которые цеплялись за мою одежду, словно пытаясь остановить.

— Куда же ты, кошечка? — донесся справа чей-то глумливый, пьяный голос. — Лес большой, дикий, замерзнешь ведь! Выходи, мы тебя согреем, у нас тепло!

— Зая, ну не бегай ты так, сердце посадишь, — загоготал другой, где-то левее. — У нас на тебя такие планы... Я вот лично хочу проверить, правда ли ты такая узкая, как Костыль шептал. Ребята, чур, я второй в очереди, не толкаться!

— Хрен тебе, перетопчешься! — отозвался третий, и его грубый смех эхом раскатился между деревьев, заставляя птиц взлетать с веток. — После Лёхи я пойду. Обожаю таких строптивых сучек, ломать их — одно удовольствие, смотреть, как дурь из башки выходит вместе со слезами. Слышишь, Тасенька? Я тебе такие игрушки приготовил, ты их на видео в клубе видела, а сегодня на своей шкуре прочувствуешь! Каждую деталь!