Ян прижал меня к себе еще плотнее, так, что между нами не осталось даже прослойки воздуха. Его рука соскользнула чуть ниже моей талии, по-хозяйски, грубовато сминая тонкий атлас платья.

— О том, что я хочу подарить тебе твой первый настоящий поцелуй. Здесь. Прямо сейчас. Чтобы каждый в этом зале — и наши, и эти мажоры — видели, что ты — моя. И только моя.

Его слова обожгли меня. Это было так дерзко, так непохоже на прежнего Яна, что я на мгновение забыла, как дышать. Он медленно начал наклоняться к моему лицу, его глаза потемнели, становясь почти черными, как ночное небо...

В этот момент свет в зале резко, со щелчком погас, сменившись на зловещее, кроваво-красное мерцание стробоскопов. Слава врубил тяжелый, скрежещущий саундтрек из какого-то хоррора, от которого закладывало уши.

— Начинаем главную игру ночи! — закричал кто-то в микрофон, перекрывая гул. — Тема — «Охота в тумане»! Девушки, у вас ровно минута, чтобы раствориться во тьме этого зала. Парни — ищите своих жертв! Пойманная кошечка принадлежит охотнику до конца танца!

Ян нехотя, с явным раздражением отстранился, но в его глазах всё еще горело невысказанное, темное обещание.

— Дождись меня, — он кивнул в сторону массивной бетонной колонны в дальнем, самом темном углу, затянутой густой искусственной паутиной. — Стань там, только смотри, чтобы тебя раньше меня никто не выследил. Тебя никто не увидит в этой тени, но я буду знать, что ты ждешь.

Я кивнула, чувствуя, как по телу бегут колючие мурашки — то ли от его слов, то ли от жуткой, давящей атмосферы, воцарившейся в зале. Игра началась. Это было истинное безумие: в полумраке мелькали маски монстров, слышались притворные визги девчонок и топот тяжелых ботинок по паркету. Зал заполнился густым дымом из дым-машины, превращаясь в сюрреалистичный лабиринт из теней и неоновых вспышек.

Я пробиралась вдоль стен, стараясь быть незаметной, сердце колотилось в ребра. Мимо пробегали «охотники», которые то и дело выхватывали кого-то из темноты, сопровождая это торжествующим хохотом. Наконец, я добралась до той самой колонны. Здесь было особенно темно, пахло пылью и старым бетоном. Я замерла, прижавшись спиной к холодной поверхности. Секунды тикали в голове. Яна всё ещё не было, хотя я была уверена, что он найдет меня первым.

Внезапно за спиной, совсем рядом, послышался шорох и тяжелое дыхание. Я не успела даже обернуться, как сильные, стальные руки рывком развернули меня и буквально впечатали в колонну.

— Ян... — выдохнула я, закрывая глаза в предвкушении.

Но слова захлебнулись в ответном действии. Меня поцеловали. И это не было похоже на то нежное, трепетное признание, о котором я грезила в своих девичьих снах. Это была яростная, глубокая и почти болезненная атака. Незнакомец действовал с пугающей грубостью: он намертво зажал мои запястья над головой одной рукой, лишая возможности сопротивляться, а другой рывком приподнял мою ногу, вжимаясь в меня всем своим массивным телом. Я почувствовала его возбуждение — твердое и недвусмысленное.