Джульетта посмотрела на Микеле.
— Ты уверен? — спросила она.
— Да.
— Антонио будет рад.
— Знаю.
Джульетта убежала.
Сара вышла с Элеонорой на руках.
— Мальчик? — спросила она.
— Мальчик, — ответила Виолетта.
— Элеонора будет рада. У неё будет двоюродный брат.
— Да.
— Поздравляю.
— Спасибо.
Тереза вышла с Маттео.
— Мальчик? — спросила она.
— Мальчик, — ответила Виолетта.
— Маттео, у тебя будет двоюродный брат.
— Я хотел брата.
— У тебя будет брат.
— Настоящий?
— Настоящий.
Маттео улыбнулся.
— Хорошо, — сказал он. — Я буду его учить драться.
— Научишь, — сказала Тереза.
— Обязательно.
Все засмеялись.
Лука вышел последним.
— Мальчик? — спросил он.
— Мальчик, — ответил Микеле.
— Поздравляю.
— Спасибо.
— Ты боишься?
— Очень.
— Я тоже боялся, когда родилась Элеонора.
— А теперь?
— Теперь я знаю: сыновья — это продолжение.
Микеле смотрел на брата.
— Спасибо, — сказал он.
— Не благодари. Береги их.
— Буду.
— Постарайся.
— Постараюсь.
Они обнялись.
Вечером Микеле и Виолетта сидели на террасе.
Солнце садилось за море. Небо было кроваво-красным.
— Ты счастлив? — спросила Виолетта.
— Да.
— Правда?
— Правда. Я никогда не был так счастлив.
— Даже когда мы поженились?
— Тогда я боялся. Теперь — нет.
— Чего ты боялся?
— Что я не заслуживаю счастья.
— А теперь?
— Теперь я знаю: никто его не заслуживает. Но некоторые — получают.
Она положила голову ему на плечо.
— Как назовём сына? — спросила она.
— Антонио.
— Ты уверен?
— Да.
— Он будет похож на тебя.
— На тебя.
— На нас.
— На Корлеоне.
Она поцеловала его.
— Я люблю тебя, — сказала она.
— Я знаю.
— Ты тоже скажи.
— Я люблю тебя, Виолетта.
Она улыбнулась.
— Пойдём в комнату, — сказала она.
— Зачем?
— Я хочу лечь.
— Устала?
— Немного.
— От чего?
— От счастья.
Он усмехнулся.
— Пойдём.
В комнате она легла на кровать. Он сел рядом.
— Спой мне, — сказала она.
— Я не умею петь.
— Спой.
Он запел. Тихо. Старую сицилийскую песню, которую пела ему мать.
Виолетта слушала. Смотрела в потолок.
Он допел.
— Спасибо, — сказала она.
— За что?
— За то, что ты есть.
Он усмехнулся.
— Ты странная.
— Я знаю.
— Я люблю тебя.
— Я знаю.
— Ты тоже скажи.
— Я люблю тебя, Микеле.
Она закрыла глаза.
Он смотрел на неё.
На её спокойное лицо.
На её руку на животе.
На её губы — приоткрытые, влажные.
Он не шептал. Не говорил ничего.
Просто смотрел.
Потом встал. Подошёл к окну.
Луна светила.
Море шумело.
Он думал о сыне.
О том, как научит его не бояться.
Он улыбнулся.
Вернулся в кровать.
Лёг.
Закрыл глаза.
Это случилось ночью.
Виолетта проснулась оттого, что низ живота сжала острая, тянущая боль. Она замерла, прислушалась к себе. Через минуту боль отпустила. Ещё через десять — вернулась. Сильнее.