– Откуда у тебя вообще деньги? – интересуюсь, прикусив нижнюю губу. – Только не говори, что ты потратил на меня всё, заработанное в колонии на пошиве одежды.
Зейд пожал плечами, разливая вино по бокалам.
– Вышивал на форме сердечки, чередуя их с твоим именем, доктор.
Он подмигнул мне, отчего внизу живота стало жарче, чем на дне сковороды.
– А чем ты зарабатывал на жизнь до осуждения? – не удержалась от вопроса.
Зейд протянул мне бокал. Наши пальцы соприкоснулись, и я снова ощутила пробивший до костей электрический разряд.
– Да ерундой всякой занимался. Дела мутятся – бабки крутятся.
Он очаровательно усмехнулся, выдавая фразу, которую мог бы озвучить любой зек, старающийся казаться лучше, чем он есть. Но умолчал о своём превосходном образовании и, очевидно, обеспеченной семье.
Я нахмурилась. А ещё так отвечают тем, кто не имеет значения. В долгосрочной перспективе.
Вроде эта известная мне информация. Но почему на душе всё равно так пакостно?
– Ты всем одноразовым любовницам так отвечаешь? – Делаю глоток вина, бросая на него взгляд из-под ресниц.
В его глазах мелькает что-то тёмное, непонятное, а затем на губах расцветает странная улыбка.
Никак не получается его разгадать.
Когда он шутит, а когда он настоящий – загадка.
– У меня нет никого кроме тебя, доктор, – отвечает ровным тоном.
Ну, конечно. Только я и Зарина. И это пока он за решёткой. Готова биться об заклад – на воле его любовниц целый легион.
Я отпила вина, наблюдая, как Зейд возвращается к готовке. Потрясающе сложенный мужчина, голый по пояс, колдует над сковородкой. От одного этого зрелища моё артериальное давление подскакивало.
Мне так и хотелось написать его маме жалобу, что её сын балуется у меня на кухне.
Кис увивался у его ног, выпрашивая угощение. Зейд время от времени наклонялся, чтобы почесать котёнка за ухом или угостить маленьким кусочком мяса.
Возможно, если бы Кис отнёсся к гостившему у меня заключённому более настороженно, я тоже не была бы такой расслабленной. Ведь животные же чувствуют плохих людей?
Ужин оказался невероятно вкусным. Зейд приготовил мясное блюдо с травами и овощами. И откровенно говоря, в готовке он гораздо лучше меня. Я не помнила, когда в последний раз ела настоящую домашнюю еду. Да и, живя с мужем, готовила буквально из-под палки.
– Где ты научился поварскому ремеслу? – спросила я между глотками вина.
– Отец научил. Говорил, что мужчина должен уметь позаботиться о тех, кто ему дорог.
О тех, кто ему дорог .
С трудом сдержалась, чтобы не закатить глаза.
Отец, наверное, учил его и тому, как приударять за женщинами постарше. Как приручать их к своим рукам.