Не знаю почему, но Матвей жутко бесился оттого, что я осталась с Зейдом наедине. Но всё равно сам кинул меня в логово, где Ямадаев был вожаком. Хотел проверить собственную выдержку?
Я не верила, что эти эмоции как-то связаны с любовью или даже ревностью. Просто он считал меня своей вещью и не хотел делиться. Если вещь больше не нужна – он меня выбросит на свалку, но не отдаст в пользование другому.
Одно лишь меня сейчас спасло – я выглядела настолько жалко, что Матвей удержал себя от телесного наказания. Меня.
Но стоило ему озвучить вердикт вошедшему в кабинет начальнику колонии, как у меня внутри всё похолодело.
– Заключённый номер 13366, Ямадаев – Голос Матвея звучал так, будто он зачитывает обвинительное заключение. – Проявил чрезмерную активность во время беспорядков. Факт его нахождения вне камеры вместе с сотрудником требует дополнительной, тщательной проверки на предмет сговора. До выяснения всех обстоятельств изолировать его в карцере.
– Будет исполнено, – с радостью тявкнул начальник.
Холод потёк по венам, сковывая дыхание.
Зейд ранен. Я даже не знаю, оказали ли ему должную медицинскую помощь. Всё, что я знаю о карцерах, почерпнуто из фильмов. А потому я присвоила бы этому месту самый низкий рейтинг из всех заведений, где хотела бы побывать.
И всё же я должна.
Матвей бросил на меня последний взгляд.
– Возьмите больничный, Василина Витальевна, вы выглядите уставшей.
Губы изломала улыбка. Та единственная, которую я могла бы выжать из себя.
Он вышел. За ним, кивая и заискивая, засеменил начальник колонии.
Вместо того чтобы поехать домой, я вернулась в медблок, кусая ноготь большого пальца, пока придумывала, как помочь Зейду.
В кабинет заглянула знакомая физиономия – Игорёк.
– И почему всё самое интересное случается не в мою смену? – Парнишка улыбнулся, встревоженно меня рассматривая. – Вы тут как, целы?
– Игорь – Мои губы расплылись в улыбке, будто я ждала его всю жизнь. – Мне нужна твоя помощь.
– Я к вашим услугам, Василина Витальевна. – Он тут же отдал мне шутливо честь, приложив руку к фуражке.
– Мне нужно в карцер, – перебила я. – К Ямадаеву. Сейчас.
Всё напускное веселье сползло с его лица, сменившись испугом и напряжением.
– Вы что? Туда сейчас муха не залетит!
– Понимаю, но он ранен. Ему нужна перевязка. Я врач, Игорь. Это мой долг. – Я сделала шаг к нему, глядя прямо в глаза. – Ты мне поможешь. Проведёшь. И забудешь. Пожалуйста.
Я посмотрела на него тем взглядом, который до замужества оказывал на моих ухажёров оглушающее воздействие. Мужчины не могли отказать девушке в беде .