Не удивлюсь, если многие заключённые жаждут попасть сюда только для того, чтобы взглянуть на девушку. Потому что она действительно услада для глаз в этом уродливом месте.
И я бы задалась вопросом, что эта девушка здесь забыла, но не уверена, что на самом деле хочу знать её историю.
Конвоир, которого Зарина насмешливо величает Игорёк, наконец нас покинул. А спустя пять минут раздался щелчок дверного замка и звук тяжёлой поступи. Ощущение опасности сковывает каждый мой позвонок. Дыхание учащается.
Я оглядываюсь на голых рефлексах, понимая, что к вошедшему человеку лучше не поворачиваться спиной. Все инстинкты, дремавшие в моём теле с тех пор, как предки эволюционировали в гомо сапиенс, проснулись в один миг.
Не хотелось встречаться с ним глазами. А потому я начала своё путешествие по его телу с ботинок. Совсем не похожих на те, что носили другие заключённые. Начищенные, новенькие. Огромного размера, как и весь мужчина, укравший свободное пространство кабинета. Плотные синие форменные брюки, как у прочих заключённых. С виду. На деле же явно выделялись качественной тканью. Они облегали накачанные ноги уголовника, которому впору ходить по подиуму на Миланской неделе моды. Демонстрируя то, как одежда должна сидеть на настоящих мужчинах. Высоких, мускулистых, поджарых.
А затем я позорно споткнулась взглядом о выпуклость на его брюках в районе ширинки, как о бревно в лесу. И тут же покраснела до кончиков ушей.
Сконфуженно метнула глазами к его лицу, обнаруживая на нем хищную улыбку голодного зверя. И то, как он смотрел на меня, пугало. Он словно читал в моей голове каждую тайную эмоцию. Находя каждый грязный умысел. Пробираясь в самые потаённые места моего разума.
Я врач. И, судя по всему, значительно старше. Лет на восемь минимум.
Я для него даже не женщина. Дыши, Лина.
– Добрый день, – здороваюсь с заключённым и сопровождающими его конвоирами, ожидая от них информацию.
– Ямадаев Зейд Якубович, двадцать девять лет, номер 13366, – докладывает конвоир. Его слова сухие, как наждачная бумага. И сам он внешне похож на одного из тех, кого охраняет. Жуткий и страшный. – После его осмотра приведём следующего. Пересекаться в медблоке не должны.
От имени заключённого по коже расползаются мурашки, а волоски на руках встают дыбом. Не думала, что наша встреча случится так скоро. Но я подавляю в себе неестественное любопытство.
Для меня совершенно не важна его личность. Ведь мне и так известно, кто он. Особо опасный преступник.
– Я помогу, – позади раздаётся голос Зарины, тяжёлый запах её духов окутывает пространство. Узнаю удушливый аромат «Кирке», способный обезоружить в жару целый вагон метро.