«Невеста нашего сына».
О боже.
– Нет, конечно. – Я затрясла головой, как китайский болванчик, ощущая, как краска стыда заливает лицо, шею и даже кончики пальцев на ногах. – Никакая я не невеста вашего сына. Просто… он помог мне… в одной деликатной ситуации и разрешил пожить в этом доме. Но, наверное, мне уже пора прекращать пользоваться вашим гостеприимством.
Мной овладела просто невыносимая неловкость.
В ответ отец Зейда лишь приподнял бровь и усмехнулся.
– Не думаю, что мой сын простит мне, если вы вновь пропадёте с его радаров, – разом прекратил мои трепыхания Якуб, не знаю, как его по батюшке. – Впрочем, пока его нет, мне было бы интересно услышать: какой у вас с мужем был план насчёт моего сына?
В груди стало горячо. От стыда. Будто на меня положили раскалённые угли.
По всей видимости, Зейд пребывал в доверительных отношениях с родителями, коли они так много знают.
Анна, заметив моё состояние, слегка сжала моё плечо.
– Не третируй гостью, дорогой. – Она строго посмотрела на мужа. Этого взгляда оказалось достаточно для прекращения допроса и защиты меня от возможных пыток. – Судя по тому, что мне известно про её мужа, у Василины не оставалось выбора.
Якуб явно удивился, услышав слова супруги. Его холодный взгляд мазнул по мне. Но в моём присутствии вдаваться в расспросы не стал. Думаю, они обсудят мою персону за закрытыми дверями.
– Вам нужно немного отдохнуть. В семь ужин, надеюсь, что вы составите нам компанию, – мягко улыбнувшись, сказала моя несостоявшаяся свекровь.
Я смотрела на неё, гадая, действительно она способна подпустить к своему сыну такую персону, как я. Ведь её муж видел во мне потенциальную угрозу. Но что тогда видела во мне она?
Какой силой духа нужно обладать, чтобы несокрушимо верить в выбор собственного сына?
Пускай даже ошибочный.
– Спасибо, я постараюсь… – выдавила из себя, будто у меня имелись иные варианты для досуга.
Она кивнула и лишь в этот момент обратила внимание на мою одежду.
Я стояла перед ними в безразмерной пижаме Зейда, штанины которой были закатаны в несколько раз, а ворот рубашки провокационно сползал с плеча. После того как Зейд умчался из этого дома, очевидно, он забыл про моё существование. Мне пришлось носить его вещи, которые я выпросила у домработниц. Они, правда, смущаясь, даже предлагали мне что-то из своего гардероба. Женского. Но почему-то в вещах Ямадаева я ощущала себя спокойнее. От них пахло им. Терпко и вкусно.
– Похоже, мой сын не озаботился вашим гардеробом. Я пришлю кое-что из своих новых вещей. Мы вернулись из отпуска. И многие из купленной одежды я ещё даже не распаковала.