Мои ладони безвольно замерли, словно не могли определиться, хотят его оттолкнуть или наоборот обнять и зарыться пальцами в его мокрых волосах. А когда Рензел наконец прервал наш поцелуй — я громко вдохнула и еле сдержала стон.
— Нам… Нам нужно укрыться, — хрипло произнес принц, разглядывая мое пылающее румянцем лицо.
Жар все не спадал. Сердце так часто билось, что было готово выпрыгнуть из груди, а пыл моих губ, казалось, не мог погасить даже океан ледяного дождя. Но вдруг ударил сильный ветер, который немного отрезвил, хлестнув по щеке, точно пощечина. Молнии неровными всполохами замелькали среди черных облаков. Гром с надрывом прокатился по миру. А где-то вдалеке раздался скрип, треск, и черный конь Рензела беспокойно заржал.
Принц вновь заключил меня в объятия, спрятав от бури, которая набирала силу: мотала макушки деревьев и сыпала на голову листья. Быстро осмотрелся горящим взором и повел меня куда-то в темноту рощи. А я, цепляясь за его мокрую одежду, закусила губу, хранившую привкус поцелуя с дождем, и побежала рядом.
— Лошадь… — вспомнила я о жеребце Рензела, когда мы оказались в небольшой пещере на маленькой опушке леса, через которую проходил наш путь.
Я опустилась на землю, а чтобы хоть чуточку согреться и успокоиться: обхватила себя руками и начала покачиваться. Сейчас буря в моей душе нисколько не уступала той, что бушевала снаружи пещеры.
Принц подобрал мокрую деревяшку у входа и бросил ее на землю недалеко от меня, после чего над ней склонился.
— Ворон знает, что я за ним приду, — произнес он спокойно, а на его ладони вспыхнул, но тут же погас белый огонек.
Однако принц упрямо зажег его снова и поднес к мокрому дереву, которое сначала зашипело, а потом загорелось, принося в пещеру крупицу тепла. Я тут же придвинулась к костру и поднесла к нему продрогшие ладони.
— Он вернется, когда закончится буря, — обнадежил меня принц и тоже сел рядом.
Наши плечи соприкоснулись, и я мигом вспомнила наш поцелуй, попыталась отпрянуть, но Рензел не позволил. Он поймал меня за руку и произнес:
— Нам стоит быть ближе, чтобы не замерзнуть.
Его пальцы медленно разжались и выпустили меня.
— И… не бойтесь, — усмехнулся он, но без издевки. — Я больше вас не трону. Пока вы сами не попросите.
— Не попрошу, — отрезала я и опять обхватила себя руками, а Рензел откинулся спиной на каменную стену пещеры, заложил руки за голову и вздохнул:
— Жаль.
Я стиснула зубы, когда наши плечи перестали соприкасаться и исчез еще один источник тепла. Маленький огонек, который неспешно «поедал» принесенное принцем в жертву дерево, почти не грел и постоянно грозил погаснуть, когда в пещеру попадал порыв холодного ветра. А дождь мало того, что усилился, подняв невообразимый гул, так еще водопадом стекал по «крыше», разбиваясь о камни и принося в пещеру волну прохлады.