— Что? Куда? — удивилась я. — Зачем?
Принц оглянулся из-за плеча и пригвоздил меня взглядом.
— За тем, что я хочу вам кое-что показать, миледи, — он немного помолчал, после чего отвернулся и добавил: — И прикажите служанке занять ваше место до тех пор, пока мы не вернемся. Никто в замке не должен знать о нашем отбытии. Я надеюсь, вы понимаете почему.
Я почувствовала, как часто бьется мое сердце.
— А если она не согласится?
— Служанка? Не согласится? — усмехнулся принц. — Тогда вам придется ее уговорить. Мы и так рискуем, покидая замок.
Я в сомнении поджала губы. Что же такого хотел показать мне принц, раз даже хотел подменить меня в замке Марькой? Хотя раньше грозил голову ей отрубить, если такое повторится.
— Завтра к вам придет человек, которому я доверяю, — убрал он руки в карманы, — и проводит вас ко мне.
Он сделал первый шаг, удаляясь прочь, и когда я уже подумала, что больше ничего от него не дождусь, ветер принес мне его последние слова:
— Будьте готовы, миледи. Не опаздывайте. И помните: никто не должен знать, кроме вашей служанки и телохранителя. Даже Арон.
Принц покинул меня, так ни разу не оглянувшись, хотя наверняка чувствовал мой пристальный взор, которым я провожала его до самой кромки аллеи. Когда же он скрылся за стволами деревьев, я подошла к башне, коснулась заледеневшей стены — и она обожгла мои пальцы. Обожгла, словно сказанные мной слова, и принесла осознание того, что я потерялась.
Окончательно потерялась на распутье между светом солнца и луны.
Словно в воду глядела. Больше никак не сказать.
— Да как я могу, госпожа? А если вас весь день не будет? А если два? — причитала Марька. — А если с папенькой вашим общаться придется? А если с их величеством?
А если, а если, а если…
С тяжелым вздохом я посмотрела на Марьку, а она прижала ладони к щекам и с ужасом выдала очередное «а если»:
— А если на меня кто-нибудь нападет? Я же не вы! Я же быстро… — она провела пальцем по шее. — Копыта-то откину! А еще…
Ну, хоть не «а если».
— А еще я замуж хочу! Детишек! Прошу госпожа! — прохныкала служанка. — Не губите! Не губите меня!
— Марька. Успокойся, — взяла ее за руки. — Рядом с тобой будет Уф… И еще много стражников. А чтобы не видеться с папенькой, королем и королевой, притворись заболевшей.
— А если Нисса…
— Нисса не придет, — строго отрезала я. — Она провинилась и отрабатывает на кухне.
— Провинилась? — оживилась Марька и, прищурившись, поинтересовалась: — В чем?
Я закатила глаза, уловив в ее голосе коварство и удовольствие от того, что Нисса теперь у меня в немилости.