— Я… я не могу, — чуть слышно возразила я. — Свадьба — не мой выбор. И меня никто не отпустит!
— Сожалею, миледи, — покачал головой герцог. — Но все же могу дать вам совет, на который вы вряд ли решитесь.
— Какой? — затаила я дыхание, чувствуя, как от волнения сердце бьется где-то в горле.
А Растис без единой эмоции на лице покосился на Тень, которая хрустела остатками кости, потом посмотрел на меня и жестко произнес:
— Потеряйте честь, миледи. Пусть с позором, — безжалостно добавил он, — но вы точно сможете уйти.
— Ох, госпожа! Ой, госпожа! — запричитала Марька, ближе пододвигая мне корзинку с хлебом. — Прямо-таки сказал? «Потеряйте честь»?
Тень возле двери перестала чавкать гороховой кашей со шкварками, а я и Марька обменялись тревожными взглядами.
Перед тем как поведать о Растисе, я выполнила обещание и рассказала служанке о собаке. Теперь она тоже знала, что принц мог нас подслушать, и заметно напряглась, когда Тень прекратила греметь железной миской о пол и подняла голову. Но собака просто захотела чихнуть. Громко и искренне — от всей собачьей души! После чего вернулась к обеду, а я жестом попросила служанку говорить тише и, зачерпнув ложку супа, угрюмо откликнулась:
— Угу. Именно так и сказал. Мол, принцу нужна невинная девица, а порочную — он быстро выпроводит из замка.
— Каков наглец! Каков бесстыдник! — заметно расслабившись, фыркнула служанка. — Надо же такое придумать! И с кем же он посоветовал вам эту честь потерять?
Ее глаза широко распахнулись:
— Неужели себя в кандидаты предложил?
Я аж супом поперхнулась.
— Нет! — еле выдавила я и промокнула губы салфеткой, которую Марька мне заботливо подала. — Герцог сразу сказал, что в этом деле мне не помощник… И нет, я его об этом не спрашивала! — заметила я, как взметнулись брови Марьки. — Он сам сказал.
— Ох, госпожа, — выдохнула Марька и прижалась плечом к стене.
Она немного за мной понаблюдала, пока я уплетала постный суп с коркой ржаного хлеба, и все-таки не выдержала — наверное, раз в десятый поинтересовалась:
— Вам точно все нравится, а то может…
— Точно, — перебила я, зачерпнув еще одну ложку.
— Не поймите меня неправильно, — забеспокоилась служанка. — Но все-таки странно это, когда невеста принца трапезничает в комнате служанки да еще похлебкой для слуг. Может, хотя бы еды нормальной принести?
— Нет.
Я наклонила железную миску, чтобы собрать остатки бульона с капустой. И прежде чем с ними разделалась, бросила на Марьку взгляд исподлобья:
— Еще заметят тебя с подносом и подумают, что ты невесту принца объедаешь. Или тебе придется рассказать, что твоя госпожа обедает в комнате служанки похлебкой из отходов от господского стола. Тогда меня точно сочтут безумной. Оставят вместе с дядюшкой Войром за цветочками приглядывать.