Наружу, под дождём из мелких снежинок, вылезала самая настоящая старшая руна. Не такая, ослепительная как у Нилрема. Она казалась полной её противоположностью. Будто поглощающая свет дыра. Руна в которой отпечаталось искреннее желание одной смертной девы уничтожить все на свете и сам свет на сдачу.
***
О решении Нилрема знало ничтожно мало людей. Собственно, это была Лили, это была Карла и маленькая Джинкс. Судьба распорядилась так, что малютка не могла в полной мере рассказать Аише, Норн или Мари о том, что в ночь, при густой снежной метели собирался отбывать Нилрем. Больше, Грейрат ждать не мог. Он не добился великих успехов здесь, в Милисионе, но по пути сюда успел обзавестись слухами. Псевдоним Панацея, иронично напоминал парню, сколь же слабы его собственные силы.
«И я смел попрекать ещё и Мари?» Подобные мысли, как те крысы в личной преисподней, искали угол, норку, точку, где бы перевести дух от адских кошаков.
И пускай Нилрем отправлялся не в лучшем расположении духа (ему взаправду не хотелось покидать уютный дом), но такова его дорога, и не одной скромной служанке останавливать молодого господина.
Направив носки в карету, в ту заснеженную ночь, вместо лакея выступала собственной персоной тьма, а в сущности, и сами кони. Впрочем, называть породистых столичных скакунов простыми и уничижительными конями, все равно, что набраться храбрости обозвать старшего Грейрата фокусником.
Изничтожив слабости вида конного, Нилрем изменил их, подчинил собственной воле, наделил невиданными силами и каплей разума. Все, лишь бы оба красавца с белоснежной гривой, бежали от рассвета до рассвета без перерыва.
— Юный господин, вы точно уверены, что справитесь сами? — на пару с масляной лампой, в сторонке, под занавесом, в тяжелой шубке без излишеств, стояла Лилия. Обеспокоенные линзы сверкнули алым пламенем свечи.
— Уверен, — твердо высказался Нилрема, ещё осматривая покрытую снегом карету. — Попутчики меня лишь остановят.
— Можно же было попрощаться, — в, казалось бы, бесстрастном тоне то и дело мелькала скорбь и печаль.
Ответом Лили послужил отказ. Смиренно повертев головой, стоя под душем из снега, Грейрат повторил отказ:
— Ни мне, ни им подобное без надобности. Пускай остаются здесь. У них есть отличный покровитель и защитник. Для Аиши и Норн в Милисионе высшего качества условия. Мари же… она уже считается талантом раз на несколько сотен магов. Она не пропадет, если вы за ней приглянете, — оставив себя без прощания, Нилрем пробрался в повозку, уложил себя и нужные вещички, и только после, выглянул в окно. — Если все пойдет по хорошему сценарию, я вернусь через года три. Передай Рудэусу мои наработки в плане магии. Если он не тугодум поймёт их.