Когда же они прошли вглубь, их встретил суровый мужчина, его бороду уже тронули лоскуты седины, вырисовывая на ней приличные линии. Весь одетый в черное, но с белым платком в грудном кармане, он вызывал подлинное восхищением.
— Госпожа Тереза, — поклонился мужчина. — господин Нилрем, — повторил процедуру уже во второй раз. — прошу за мной, я отведу вас в ваши собственные комнаты.
— Одну секунду, Разан, — Тереза притормозила знакомого, и судя по всему, именно он являлся постоялым дворецким все это время. В отличие от пришлых, именно Разан заведовал всеми удобствами и пользовался большим доверием у господ. — у нас гости, как ты мог заметить.
— Мне совсем недавно доложили о гостях, госпожа, простите мою грубость, но им придется подождать до вечера, пока гостиные комнаты не приведут в надлежащий вид.
Откланявшись, орлиный нос дворецкого вновь устремился вперёд. Не смотря на форс-мажор, нервы старого и научного жизнью старика и не собирались имитировать струны гитары на которой играют ламбаду. Оказав удивительное равнодушие, но главное стойкость, вопросы господина и госпожи окончательно закончились, после чего Нилрема и Терезу провели к их комнатам.
Гостей на данном этапе оставили в гостиной.
Нужно ли говорить, сколь негативными думами предалась та же Мари, когда её оставили как лишний балласт. Радовало её разбитое сердце разве что вид такой же понурившей глаза Айши. Она и Лили, остались в гостиной, пока Нилрем осматривал свою комнату.
По возвращению, Тереза, пока этого не видел Разан, достойно ушедший за магом, просила у гостей прощения. Когда же явился и сам Нилрем, было выдвинуто предложение помыться, как способ скрасить время до вечера. Согласились с ним практически все. Исключением являлся Нилрем, ощутивший власть в поместье. Вскоре, Лили удалось переубедить мальчика оставить глупые игры и пойти всем вместе, тем более, что вся прислуга сейчас занята подготовкой дома для проживания.
Как оповестил их Разан: «Не все полы вымыты, не все стены сверкают». Понимающая госпожа Тереза знала дворецкого как собственного дядюшку, потому и предложила пройтись в баню.
— Что ж, раз так, — уходя длинными коридорами, Панацея вдруг остановился, и вытянул из собственной жилетки сверток бумаги. — заодно пройдемся по магазинам.
— Племяш, это не подождёт до завтра? — Тереза неловко улыбнулась, в то время, как Мари позади взмахнула рукой, влезая тем самым в разговор.
— Учитель, вы купите то самое?
— То самое?
О «Том самом», не ведала ни Айша, ни Лили, ни Карла. Естественно вопрос Терезы моментально сменился общественным. Мари взмахнула красным хвостиком насмешливо переводя взгляд с тёти Нилрема на его сестру. Лишь она одна знала, о чем идёт речь и не могла упустить возможность не похвастаться этим.