— Чао-гэ, с нами? — спросил владелец колоды, раздавая карты.
Хэ Чао поднялся, отмахнулся:
— Не, играйте сами.
Се Юй всё ещё прикидывал свои баллы — на бумажке складывал и вычитал, пересчитывая так и эдак.
Хэ Чао подошёл к нему сбоку, наклонился взглянуть, но не успел ничего разобрать — Се Юй с резким «хлоп» перевернул черновик.
— Чего пишешь? Такой скрытный, — Хэ Чао не стал заморачиваться и сменил тему. — В туалет идёшь?
Се Юй никогда не понимал этой привычки ходить в туалет компанией — что, сам поссать не можете? Столько мороки. Он отложил ручку и съязвил:
— ...Чего, тебе подержать надо?
— ...
Сосед оказался слишком безжалостным. Хэ Чао потёр нос и пошёл один.
Выйдя из уборной и вымыв руки, он побродил по округе. По пути с ним поздоровались раз десять, не меньше — с такой теплотой, будто вся параллель была ему корешами.
— Чао-гэ, — снова кто-то высунулся из класса и окликнул его, привалившись к подоконнику. — Сто лет не виделись.
Хэ Чао остановился, покосился на табличку класса и привалился спиной к стене:
— Экзаменуешься в пятом классе? Ну ты даёшь, серьёзный прогресс.
— Да куда там, ты же знаешь, на что я способен. Насколько хватает наглости — настолько и балл. В прошлый раз нечаянно переписал лишнего.
Парень полез в карман и вытащил пачку сигарет, уже собираясь вытянуть одну и протянуть Хэ Чао:
— «Чжуннаньхай»[1], затянешься?
Сигарета показалась лишь наполовину, как вдруг парень выругался:
— Бля!
И сунул её обратно.
Сюй Ся процокала на каблуках мимо двери седьмого класса.
Дождавшись, когда она скроется, парень снова хотел достать сигарету, но Хэ Чао отмахнулся:
— Я не курю.
— А?
Хэ Чао добавил:
— Бросил.
До начала следующего экзамена оставалось ещё минут десять с лишним.
Хэ Чао не стал возвращаться в аудиторию. Он завернул в безлюдное место возле учительской, уселся на какую-то ступеньку, выудил из кармана леденец на палочке в оранжевой обёртке, парой движений содрал фантик и сунул в рот.
С леденцом во рту Хэ Чао опустил голову и принялся набирать сообщение Се Юю.
Это был дурацкий анекдот из интернета — настолько несмешной и неловкий, что, отправив его, он уже представлял, что ответит Се Юй: «Скукота». «Чёрный список». «Отвали».
Анекдот ещё не ушёл, а за спиной уже раздались приближающиеся шаги. Каблуки застучали по полу ритмичным «тук-тук».
Хэ Чао не обернулся, но проходивший человек остановился сам.
— Хэ Чао! Это что такое?! — Сюй Ся с кипой экзаменационных листов в руках стояла на лестничной площадке.
С того случая с Ян Вэньюанем она затаила на Хэ Чао глубокую обиду. В глазах Сюй Ся Ян Вэньюань был сам по себе — тогда она ошиблась на его счёт, — но образ Хэ Чао оставался для неё неизменным: трудный подросток с длинным списком провинностей.