Немолодая, но красивая гречанка, выскочившая на улицу, оказалась супругой моего гостеприимного хозяина.
— Зоя, — улыбаясь, представилась она, бесцеремонно расцеловывая меня и щекотя усиками, — очень рада!
— Спиро! Спиро! — сопливый мальчишка лет шести, приходящийся Агапию… кем-то там, заорал на редкость противным голосом, хвастаясь кому-то приехавшим русским.
Меня впихнули в небольшую гостиную, обставленную с дешёвым деревенским шиком. Разномастная мебель, деревенские коврики на полу, аляповатый деревянный крест на стене, чуть не в натуральную величину, совершенно лубочного вида картинки с религиозными сюжетами.
Следом набилось человек двадцать родственников и соседей, без малейшево стеснения обсуждающие меня, и чуть не тыкающие пальцами. Густо запахло потом, вином, чесноком, луком и почему-то — оливковым маслом. Наконец, Зоя выпихнула их, призвав придти попозже…
— … а пока нашему гостю нужно умыться и отдохнуть!
В доме оказалась канализация, и я не без облегчения сходил по нужде, полегчав фунтов на несколько. Выйдя обратно, я не без смущения убедился, што минимум парочка мелких носатых эллинов дежурила в это время под дверью. Глянув на меня и захихикав, мелкие унеслись — надо полагать, делиться особенностями моево пищеварения.
Помылся в жестяном подтекающем корыте, с трудом отбившись от помощи хозяев. Отскрёбся от грязи и пота, и чистый-пречистый, немножечко даже и благостный, был вытащен на экскурсию по дому.
Довольно-таки несуразный, он всё-таки имеет три этажа, включая мансарду со скошенными стенами, в которой нещадно дует из щелей, и одновременно пыхает жаром от нагревшейся на солнце черепицы. Обстановка в доме самая што ни на есть деревенская, никакой столичностью и не пахнет. Вплоть до прялки!
В крохотном садике на заду дома в меня вцепилась усатая старуха в чёрном. Бормоча што-то ласковое, она гладила меня по щеке и волосам.
— Русский…
Пахла она потом, травами и нафталином. И немножечко — тленом, будто одной ногой уже Там. Кому и кем она приходится родственницей, я даже и не понял. Озадаченный вопросом мелкий начал загибать пальцы, и по всему выходит, што она много раз пра… и чуть ли не всей улице сразу.
Ужин накрыли в гостиной, довольно-таки унылой и совершенно безвкусной при ближайшем рассмотрении. А народищу!
Правда, порции большие, приготовлено всё отменно, да и народ ведёт себя вполне дружелюбно, хотя и несколько бесцеремонно. Следуя деревенскому этикету, мне задавали вопросы… много вопросов!
Взрыв энтузиазма вызвал тот факт, што отец мой воевал в русско-турецкую. Расцеловав меня всем соседством, как новообретённого родственника, расспросили о подробностях — где именно, да в каком полку…