— Слушай, — говорит он, и в его голосе появляется извиняющаяся нотка, — мне нужно отойти. Переговорить с этим идиотом. Я быстро, правда.
Я киваю, стараясь, чтобы лицо оставалось спокойным.
— Хорошо. Я подойду к бармену, возьму воды или сока. Пока ты будешь занят.
Марк смотрит на меня с сомнением, его брови сдвигаются к переносице, и я вижу, как он колеблется.
— Ты уверена? Я могу…
— Марк, — я перебиваю его, и в моём голосе появляется твёрдость, которой я сама от себя не ждала, — иди. Я в порядке. Правда. Я просто посижу у барной стойки, подышу.
Он вздыхает, бросает быстрый взгляд в сторону ложи, где Лев всё ещё сидит с этой девушкой, потом снова смотрит на меня.
— Ладно. Но я быстро. Обещаю. Этот разговор не продлится долго, и мы сможем продолжить прогулку. Хорошо?
Я киваю, и он сжимает мою руку на секунду — короткое, тёплое прикосновение, которое почему-то не согревает. Потом он разворачивается и идёт к лестнице, ведущей в ложу. Я смотрю ему вслед, вижу, как он поднимается по ступеням, как он машет Льву, но Лев не смотрит на него. Он смотрит на меня.
Я отворачиваюсь.
Мне нужно отвлечься. Нужно перестать чувствовать этот взгляд на своей спине, перестать думать о том, как он сидит там, с ней, как она смеётся и касается его плеча. Я делаю глубокий вдох и направляюсь к барной стойке.
Барная стойка длинная, чёрная, она тянется вдоль всей стены. За ней — сотни бутылок, которые подсвечены снизу, и их тени танцуют на стенах, как призраки. Стеклянные полки блестят, отражая лазерные лучи, и я на мгновение задерживаю взгляд на этом калейдоскопе цветов, пытаясь найти в нём хоть что-то спокойное.
Я пробираюсь через толпу. Тела вокруг меня двигаются, дышат, смеются. Кто-то задевает моё плечо, и я чувствую чужой пот, чужой парфюм. Я сжимаюсь, становлюсь меньше, но продолжаю идти. Наконец я добираюсь до стойки. Высокий барный стул освобождается, и я сажусь на него, чувствуя, как мягкая обивка проминается под моим весом.
Бармен — молодой парень с короткой стрижкой и пирсингом в брови — поворачивается ко мне, и я вижу, как его губы расплываются в приветливой улыбке.
— Что желаешь, красавица?
Я смотрю на меню. Кожаную, потёртую папку, которая лежит передо мной. Листаю страницы, и мои глаза пробегают по названиям: «Шепот», «Чёрный пляж», «Алые паруса»… Слишком сложно. Слишком незнакомо. Я ищу раздел безалкогольных, и когда нахожу, останавливаюсь на одном из названий. Что-то с зелёным цветом, с мятой и лаймом.
— Вот это, — говорю я, показывая пальцем. — Безалкогольное.
Бармен кивает, что-то говорит, но я не слышу — музыка перекрывает его голос, и я просто вижу, как движутся его губы. Он уходит и начинает что-то смешивать. Я смотрю, как жидкость переливается из одного стакана в другой, как лед звенит, как он добавляет зелень и лёгкий сироп. Красиво. Профессионально. Всё как в кино.