Договор стандартный — на услуги управляющего Фондом. Владилен не стал мудрить с экзотическими формулировками. Никаких «энергетических квот» или «астральных обязательств». Только сухая юридическая проза: обязанности, сроки, финансирование, ответственность. Но в приложении — описание миссии Фонда. «Исследование взаимосвязи космических циклов и экономических трендов». «Разработка методологии прогнозирования рыночных кризисов через анализ астрологических конфигураций». «Создание лаборатории интуитивного принятия решений».

Читаю и думаю, что наконец-то я стою на пороге чего-то настоящего. Пусть и безумного.

Беру ручку. Montblanc, которую отец подарил на двадцать первый день рождения с сухим комментарием: «Пусть твои подписи хоть чем-то отличаются от твоих идей». Тогда я обиделся. Сейчас — усмехаюсь. Откручиваю колпачок. Прикладываю кончик к строке «Управляющий».

И ставлю подпись — четкую, размашистую, без дрожи. Игорь Сергеевич Антипов. Подпись управляющего Фондом тонких материй. Звучит абсурдно. Но впервые за два года — звучит как правда.

Ну что же, дело сделано!

Откидываюсь на спинку кресла. Потом беру в руки телефон.

Надо позвонить Анне. Рассказать, что я все подписал и мы начинаем.

И тут до меня доходит.

Черт. Я привязался.

Не к ней — нет, глупости. А… к ее присутствию. К тому, как она смотрит на меня — без восхищения, без желания, без расчета. А просто как… как на человека.

Это опасно.

Потому что привязанность — это слабость. А слабость в моем мире — билет в один конец к папиному презрению.

Нет уж.

Я открываю контакты. Хватит на сегодня ведьм. Мне нужно сбросить напряжение. А для этого у меня есть Крис.

Она отвечает на второй гудок — голос сонный, томный. Я ее разбудил? Вряд ли. Сейчас шесть часов вечера, и даже для нее это уже слишком поздно, чтобы вставать.

— Милый? — тянет она.

— Чем занимаешься? — спрашиваю я. Легко. Небрежно. Как всегда.

— Туплю, — вздыхает она. — А что?

— Поужинаем?

— Ой, конечно! — в голосе неподдельная радость.

— Тогда в «Сахалине» через час? Там новое меню.

— Обожаю морепродукты, — хихикает она. — Буду.

Через час я уже сижу за столиком в гламурном месте из стали, хрома, бетона, с запахом имбиря и моря.

Она появляется в дверях — в облегающем черном платье, с декольте, которое говорит «посмотри на меня». Ухоженная. Дорогая. Идеальная. Подходит, целует в щеку — губы влажные от помады, запах духов — сладкий, тяжелый.

— Привет, дорогой, — она садится напротив, оглядывает меня. — Как дела?

— Да норм, — отвечаю. — Я заказал белое, — покачиваю в руках бокал. — Не против?