— Стой, — говорит он тихо.
Я оборачиваюсь.
— Договорились.
Улыбка возвращается — но теперь в ней меньше иронии, больше чего-то другого. Уважения? Любопытства?
— Встретимся за полчаса до начала. Адрес пришлю. Обсудим подробности. И не опаздывай!
— Не опаздывай-ТЕ, — говорю я.
— Ну да, ну да, — он делает виноватую мину. — Забыл. На «вы».
— Может вам глицина попить? Для памяти, — вырывается из меня.
Он сжимает челюсть, и я понимаю — все пропало, не видать мне денег. Ну когда же я научусь сдерживаться⁈
Но тут он вдруг смеется — громко, весело, заразительно.
— Какая же «вы»…
— Какая?
— Мелкая пигалица, которая делает вид, что знает что-то о вселенной!
— Слушайте, Игорь Сергеевич!
— Погодите, — перебивает. — Дайте закончить… Про вас я свои мысли озвучил. А теперь про меня. Ну? Что вы там обо мне думаете? Пустышка на мешке с баблом?
Я хмыкаю.
— Но мы нужны друг другу, верно? — приподнимает одну бровь.
— Мелкую пигалицу я вам так и быть прощу… А вот про «пустышку» это прям в точку! — говорю я, скорчив рожицу.
Он фыркает.
— Ладно, «астрологиню» я вам сыграю, — продолжаю. — Но есть пара условий. Первое: вы не будете мне хамить. Второе: вы не будете шутить при Владилене Айнуровиче — ни про звезды, ни про меня. Третье: половина суммы авансом. Вторая половину сразу после банкета.
Он задумчиво морщит лоб. А потом вздыхает и произносит:
— Завтра. В полседьмого. И надень-ТЕ что-то поприличнее.
— Буду без опозданий, — произношу я ледяным тоном и выхожу, не оглядываясь.
Иду по коридору — и только на лестнице позволяю себе выдохнуть.
Контракт подписан. Деньги будут. Всё хорошо.
«Всё хорошо», — повторяю я себе. И почти верю.
Глава 2
ИГОРЬ
Дождь стучит по стеклу, как будто сама погода решила напомнить мне: довыпендривался, котик!
Я сижу в кресле отца — широком, кожаном, с выгравированными инициалами «С. А.» на подлокотнике — и чувствую себя мальчишкой, которого вызвали к директору за драку в столовой. Только вот мне уже двадцать пять, а вместо булки с повидлом — кредитный лимит, который вот-вот иссякнет.
— Ты не бизнесмен, Игорь, — говорит отец, не глядя на меня.
Он стоит у окна, спиной, в безупречно сидящем костюме, будто только что сошел с обложки Forbes.
— Ты потребитель. Потребитель чужих идей, чужих денег, чужого времени. И это меня утомило.
Я молчу. А что тут скажешь? Все, что я называл «моим бизнесом», — это его инвестиции, его связи, его терпение. А я? Я просто подписывал документы, улыбался на презентациях и тратил деньги на вечеринки, спорткары и недельные поездки в Монако. Я не строил компанию. Я играл в бизнес, как в компьютерную игрушку.