Я смотрю на нее.
— А откуда ты знаешь?
Она качает головой.
— Понятия не имею. Оно само как-то… вырвалось.
Я молчу. Пытаясь просчитать последствия обоих вариантов.
— Друзья! — голос Владилена вырывает меня из раздумий.
Я поднимаю глаза и вижу, что он стоит у своего стола с бокалом в руке. — Друзья, — повторяет он уже в полной тишине. — Давайте выпьем за мою дочь. За Софию. Сегодня важный рубеж — восемнадцатилетие. И я рад, что вы все смогли разделить наш праздник.
Я перевожу взгляд на девушку. Она сидит, опустив глаза, щеки пылают. Похоже ей не очень нравится всеобщее внимание. Хуже того, похоже если бы могла — она тотчас бы провалилась сквозь пол.
— За тебя, моя звезда, — говорит Владилен и целует ее в макушку.
Гости поднимаются, поднимают бокалы и произносят почти стройным хором: «За Софию!»
Боковые двери распахиваются, и официанты вкатывают тележку, на которой возвышается торт. Огромный, белоснежный, с серебряными узорами и живыми цветами. София берет нож — дрожащей рукой — и отрезает первый кусок. Отдает отцу.
Официанты быстро дорезают остальное и начинают разносить гостям. Потом еще быстрее разносят чай и кофе. И ужин как-то скоропостижно сворачивается. Еще минуту назад мне казалось, что он тянется как какой-то бесконечный сериал ни о чем, но — хоп — и вот уже все встали и идут к выходу.
Анна опирается на мою руку, и мы двигаемся за всеми. Почему-то опять в конце толпы. И опять — ровно, как и перед банкетом — сзади появляется Владилен.
— Анна?
Мы оборачиваемся.
— Уделите мне немного времени?
Она кивает, а потом переводит взгляд на меня, пожимает мне руку и идет за Владиленом.
Я опускаю голову. Похоже, меня не зовут. Вот же…
Но тут Владилен оборачивается.
— Игорь Сергеевич, — говорит он, — Ну что же вы застыли? Пойдемте.
Я поднимаю глаза.
Анна вопросительно приподнимает бровь. В ее взгляде — ни триумфа, ни страха. Только вопрос: «Ты идешь?»
Я делаю шаг вперед.
— Иду.
Глава 9
АННА
Кабинет Владилена Айнуровича — полная противоположность остальному дому.
Там, где в гостиной и столовой царит роскошь, продуманная до мельчайших деталей, здесь — почти монашеская строгость. Стол из темного дерева без единого украшения, два кресла, диван в углу, книжные полки с аккуратно расставленными томами.
— Прошу, — говорит Владилен, указывая на кресло напротив стола. — Присаживайтесь.
Я сажусь, Игорь держится чуть в стороне. И я спиной чувствую, как он напряжен. Но сейчас мне нужно думать не об Игоре.
— Чем вы пользуетесь? — спрашивает Владилен, садясь напротив меня. — Картами? Рунами? Хиромантией?
— Колода Таро, — отвечаю я. — От бабушки.