— Мир болен, Анна. Разве вы этого не видите? Люди теряют связь — с землей, с небом, друг с другом. Деньги, власть… Это не жизнь. Это сон наяву. А мы можем разбудить их.
Я сглатываю ком, который отчего-то образовался у меня в горле. Ее слова — такие простые и, казалось бы, тривиальные — что-то будят во мне.
— Сегодня я еду туда, — говорит она, вставая. — Готовить пространство. А вы… готовьте себя. Ночью Луна будет уже почти полная. Поговорите с нею. Задайте все вопросы, которые вас беспокоят. И постарайтесь услышать ответ.
Я киваю. Не потому, что верю. А потому что хочу верить.
Она встает. Я поднимаюсь следом.
— И еще одно, — произносит она. — Вы сможете воздержаться от любого общения до завтрашнего вечера? В том числе с вашим другом?
— Другом?
— Игорем Сергеевичем. Всего на сутки.
— Но… зачем? Почему?
— Чтобы вы могли услышать себя. Тогда… будет проще и легче.
Я минуту думаю. А потом соглашаюсь. Я итак особо ни с кем не общаюсь. А побыть на едине с самой собой — может быть и правильная идея.
Она благодарно улыбается, провожает меня к двери. И я, чувствуя себя как во сне, выхожу из кабинета.
Коридор, лестница, такси.
Я сажусь на заднее сиденье, закрываю глаза.
Мне страшно? Да. Но пути назад нет.
Глава 22
ИГОРЬ
Я иду по коридору, чувствуя себя полным идиотом. Черт, зачем я это сделал? Отправили бы курьера, а я сидел бы дома и лечил башку, в которую опять кто-то начал вбивать гвозди.
С другой стороны, тода бы я не увидел Анну, которая, судя по всему, ведет какую-то свою игру.
Она вышла из дома так, как будто это уже вошло в привычку. Как будто она тут — постоянный посетитель. Как будто все это устоялось, пока я думал, что мы строим что-то вместе. Пока я подписывал их чертов договор с ощущением, что наконец-то делаю что-то настоящее.
«Ты платишь — я работаю».
Ну да. Ну конечно. Это с самого начала был бизнес. А я не уследил за тем, что она подписалась работать не только на меня. А еще я похоже отучился следить за своими мыслями. Сколько можно о ней думать⁈
Так. Гостиная. Та самая, с мозаичным полом-мандалой. Владилен сидит в кресле у камина — камин не горит, сезон еще не тот. Он поднимает глаза. Взгляд спокойный, но в нем — вопрос.
— Игорь Сергеевич? — произносит он. — Это… неожиданно.
Я останавливаюсь посреди комнаты.
— Я… привез подписанный договор. Голос звучит глупо. Как у первокурсника на защите реферата.
Владилен медленно встает. Подходит. Берет папку из моих рук. Его пальцы — сухие, теплые — касаются моих. На мгновение задерживаются.
— Вы не должны были утруждаться, — говорит он. — Курьеры существуют не для красоты.