Я краснею. Чувствую, как жар поднимается от шеи к щекам. Проклятие. Мне двадцать пять, я управляю фондом (пусть и только что созданным), а веду себя как подросток, принесший учителю цветы на первое сентября.

— Я… хотел лично… — запинаюсь я. — Для меня это важно.

Он смотрит на меня. Долго. Потом улыбается — не насмешливо, а почти отечески.

— Это хорошо, — говорит он. — Рвение — редкость в наше время. Особенно у тех, кто вырос в комфорте.

Я растягиваю губы в ответной улыбке. Не знаю, что ответить. «Спасибо» звучит глупо. «Вы правы» — еще глупее. Молчу.

Он кладет папку на столик рядом с креслом. Садится обратно. Жестом приглашает меня сделать то же самое. Я опускаюсь в кресло напротив. Кожа холодная под ладонями.

— Кстати, — начинаю я, решив выплюнуть это сразу, — когда я подъезжал… я видел Анну. Она выходила отсюда.

Владилен не моргнув глазом смотрит на меня.

— Да. Я пригласил ее на личную консультацию.

— Я не знал, что у вас была назначена встреча.

— Не было, — спокойно отвечает он. — Я позвонил сегодня утром. Срочно.

— Понятно, но… — я пожимаю плечами, пытаясь выглядеть небрежным. — Мы вроде как команда. А я… не в курсе.

Владилен наклоняется вперед.

— Игорь Сергеевич, — говорит он мягко. — Анна работает с тонкими материями. Иногда клиенты просят личных консультаций. Это не имеет отношения к Фонду. Это… частное.

Он делает паузу. Смотрит на меня так, словно видит все: и похмелье, и глупое рвение привезти документы лично, и ревность — да, черт возьми, именно ревность — к ведьме с острым языком и плоской грудью.

— Вам не о чем беспокоиться. Анна — ваш человек. В рамках Фонда. Остальное… не ваше дело.

Напряжение не уходит.

— Но я вас понимаю, — заканчивает. — Первый большой шаг всегда пугает.

Думаю, что нужно что-то ответить. Только вот что? Что я ревную? Не люблю, когда меня держат в неведении? Особенно когда речь о проекте, от которого зависит мое будущее.

И тут дверь гостиной распахивается.

Девушка. Высокая, стройная, в простом платье. София. Дочь Владилена. Ее лицо — бледное, почти прозрачное, глаза большие, темные. Она замирает на пороге. Смотрит на меня. Потом на отца.

— Ой, простите… — говорит она. — Я не знала…

Владилен поворачивается к ней.

— Дочка? Ты что-то хотела?

— Нет, нет… — она запинается, краснеет. — Прости. Я не знала, что у тебя встреча.

Я встаю и делаю несколько шагов, протягивая руку.

— Здравствуйте, София. Мы с вами знакомились на вашем дне рождении. Меня зовут Игорь Антипов. Мы с вашим папой будем работать вместе в новом Фонде.

София смотрит на меня. Ее глаза расширяются. На мгновение — совсем короткое — в них мелькает страх. Настоящий, животный страх.