Они сели на скамейку у фонтана. Старого, неработающего, с мутной водой на дне. Джузеппе подрезал кусты в отдалении — не подходил, не смотрел, но Микеле знал: старик всё видит.
— Твои братья меня не любят, — сказала Виолетта.
— Они никого не любят.
— Тебя — любят.
— Не знаю.
— Любят. Поэтому и боятся.
— Чего?
— Что я сделаю тебе больно.
— Сделаешь?
— Не знаю.
— Врёшь.
— Да. — Она взяла его за руку. — Сделаю.
— Когда?
— Уже.
Он смотрел на неё.
— Ты не сделала мне больно, — сказал он.
— Сделала. Я заставила тебя убить.
— Я сам хотел.
— Нет. Я хотела. Ты сделал это для меня.
— Это одно и то же.
— Нет. Для себя ты бы не убил.
— Откуда ты знаешь?
— Ты дрожал после. Не от страха — от стыда.
Он молчал.
— Ты права, — сказал он. — Я убил для тебя.
— И что теперь?
— Теперь я убийца.
— Ты Корлеоне.
— Это не оправдание.
— Это правда.
Он сжал её руку.
— Я не жалею, — сказал он.
— Врёшь.
— Да. — Он посмотрел на неё. — Жалею.
— О чём?
— О том, что мне понравилось.
Она смотрела на него.
— Тебе понравилось убивать? — спросила она.
— Не знаю.
— Врёшь.
— Да. — Он отвернулся. — Понравилось.
— Это хорошо?
— Не знаю.
— Узнаешь.
Джузеппе подошёл к ним. С секатором в руке. С лицом, которое ничего не выражало.
— Ты сегодня не работаешь, — сказал он Микеле.
— Я не работаю.
— Почему?
— Думаю.
— О чём?
— О жизни.
Джузеппе усмехнулся.
— О жизни думают старики, — сказал он. — Молодые живут.
— Я живу.
— Докажи.
Микеле встал. Подошёл к кусту жасмина. Сорвал ветку. Протянул Виолетте.
— Держи, — сказал он.
— Зачем?
— Это жасмин.
— Я знаю.
— Он пахнет.
— Знаю.
— Он как ты. Красивый. И колючий.
Она взяла ветку. Понюхала.
— Спасибо, — сказала она.
— Не благодари.
Джузеппе смотрел на них.
— Ты хороший, — сказал он Микеле.
— Я убийца.
— Это не одно и то же.
— Для мира — одно.
— Для сада — нет.
Джузеппе ушёл.
Микеле сел рядом с Виолеттой.
— Твой садовник мудрее всех нас, — сказала она.
— Да.
— Ты слушаешь его?
— Всегда.
— И что он сказал?
— Что я хороший.
— Ты хороший.
— Нет.
— Да.
— Докажи.
Она поцеловала его.
Прямо в саду.
Прямо при Джузеппе.
Прямо под солнцем.
— Ты мой, — сказала она.
— Я ничей.
— Врёшь.
— Да. — Он обнял её. — Твой.
Она прижалась к нему.
— Пойдём в дом, — сказала она.
— Зачем?
— Не хочу, чтобы твои братья смотрели на меня.
— Они всегда будут смотреть.
— Знаю. Но сегодня — хочу побыть с тобой.
Он встал. Протянул руку.
— Идём, — сказал он.
Она взяла его руку. Встала.
— Ты не боишься? — спросила она.
— Чего?
— Что они правы. Что я опасна.
— Ты опасна. Я тоже.
— Это не ответ.
— Это единственный ответ, который у меня есть.
Она смотрела на него.
— Ты странный, — сказала она.
— Я знаю.
— Я люблю тебя.