Картинка возникла перед глазами сама: как она стоит, упираясь руками на кушетку, согнувшись, её тонкая спина обнажена, кожа горит под ударами. Как она сначала сжимается от каждого хлёсткого прикосновения, закусывая губу, чтобы не вскрикнуть.
А потом – потеря самоконтроля. Ласкающие слух стоны и рыдания. Сладкие мольбы прекратить. Или наоборот – продолжить, перетекающие в отчаянные стоны.
Я представлял, как её нежная кожа краснеет, покрывается полосами, как её тело предательски откликается на боль возбуждением. Влагой между ног на горящих половых губах. Пульсирующей от похоти плоти.
Чтобы потом, когда она уже почти не будет держаться на ногах, развернуть её к себе, заставить смотреть в глаза и трахнуть. Жёстко. Без нежностей. Вбиваясь в её сладкое нутро. Разрешая ей почувствовать каждый сантиметр моего члена, каждую его вену, каждый толчок. Чтобы в ней не осталось ничего, кроме меня.
Интересно, она сможет сразу принять меня в себя… учитывая мои габариты?
Чтобы она забыла про своего «любовника» с его дешёвыми садо-мазо игрушками или с её больной привязанностью к нему, которая не позволяет ей уйти.
Волновало ли меня, что она принадлежит другому? Было бы весьма лицемерно, особенно учитывая, что я сам был далёк от белой морали.
Яркая, порочная картина горела в мозгу, и член в штанах напрягся ещё сильнее, вызывая судорогу в мышцах ног. Я перевёл дыхание, стараясь унять дикую эрекцию, которая грозила выдать меня… с головой.
– Вы так и не ответили на мой вопрос, – хриплым голосом напомнил я, хищно следя за каждым её движением. – Кто вы на самом деле? То, что вы врач со специфическим хобби, я уже сообразил.
Она замерла на секунду, до жути милый румянец, никак не сочетающийся с её дерзкими словами про БДСМ, окрасил щёки. Я буквально кожей ощутил, как сбилось её дыхание. Словно она успела расслабиться и решить, что этот раунд уже окончен.
Затем, взяв себя в руки, продолжила накладывать чистую повязку. Голос её был ровным, выверенным, но я слышал напряжение в каждой ноте.
– Если вам так интересно, – сказала она, не глядя на меня, – я попросила начальника о конфиденциальности. У меня был… неприятный опыт преследования со стороны пациента. Поэтому я здесь и оказалась… А в ваших стенах контингент и без того довольно своеобразный. Я предпочитаю не светиться лишний раз.
«Гладко стелет, – ухмыльнулся я про себя. – Весьма правдоподобно».
– Логично, – протянул я, позволяя губам растянуться в понимающую улыбку, которая не коснулась глаз. – Умная девочка. С такими выдающимися внешними данными, наверное, ухажёры не дают прохода, а муж бесится. Я бы бесился и не отправил жену в место, где каждый первый – ублюдок.