– Рад видеть вас в моём доме, прокурор, – протянул Зейд с вежливой улыбкой, глядя на моего мужа абсолютно пустыми глазами.
Затем его взгляд перетёк в мою сторону. На лице сохранялось всё то же отстранённое выражение, от которого мне хотелось лезть на стену. Сдирать кожу. Лишь бы не чувствовать этого холода.
– У вас прекрасная жена, – произнёс он ровно, без тени эмоций. Будто действительно никогда раньше со мной не пересекался.
И зачем-то протянул руку в мою сторону.
Я замерла. Матвей в каком-то конвульсивном жесте ещё сильнее сжал мои пальцы – уверена, они посинели. Но через мгновение всё же отпустил.
Я вложила истерзанные пульсирующие пальцы в ладонь Зейда. И он медленно коснулся губами самых кончиков. Прикосновение казалось едва ощутимым. Как пёрышко.
Но на коже ощущался как след от ожога четвертой степени.
Я выдернула пальцы с таким рвением, будто действительно опасалась, что его губы оставят на коже шрамы. Хотя эмпирический опыт подсказывал – нет.
Меня до боли ранило его театральное поведение. Словно для него всё происходящее – забава.
– Наслаждайтесь вечером, – кинул он, теряя к нам всякий интерес.
Недовольство мужа было весьма очевидным. Волны злобы исходили от него, как радиационное излучение. Будто он ожидал иного приёма. Возможно, страха и лизоблюдства. Или хотя бы намёка на то, что его внезапное вторжение хоть кого-то здесь взволновало.
В голову пришла догадка: нас не приглашали на этот праздник жизни. Это была спланированная акция моего мужа. И она разбилась о холодную вежливость Зейда.
Мы оба молча наблюдали, как он удаляется, уделяя внимание другим гостям. Настоящим.
Какое-то время Матвей водил меня вокруг столика с закусками. Но, несмотря на так недостающее мне разнообразие в еде, ничего из гурманских яств вкусить не хотелось. Еда казалась пластиковой. Воздух – спёртым. Я с интересом осматривала обстановку, пребывая в полном недоумении.
Как такой человек, как Зейд, вообще мог угодить за решётку?
Я не наивна. И понимаю, что в нашем мире всё решают деньги. Или власть и связи.
Может, это мой муж постарался? Но он явно не сторонник справедливости, а значит, причина в другом.
Пазл не складывался.
Рядом материализовался официант, предлагая шампанское. Но пить алкоголь в такой напряжённой обстановке слишком опасно. Я ограничилась каким-то безалкогольным коктейлем из огурца и базилика.
Мой взгляд против воли то и дело сбегал в сторону толпы гостей. Я искала ЕГО глазами. И не находила.
Муж следил за мной как ястреб. И в то же время медленно напивался, теряя концентрацию и интерес ко мне. Он с кем-то оживлённо общался, иногда посматривая в мою сторону, будто я была его собачонкой, которую он выпустил на свободный выгул.