Женщина выдохнула, а вместе с этим воздухом, её покинули и несколько лет жизни. Казалось, она постарела в мгновение ока. Осела в кресле и безвольными руками коснулась колен.
— Я поняла, — следующие слова бабушки выбили всю снедь и радость из груди Нилрема. — Я приму тебя, но знай, бастарды остаются слугами. Это не обсуждается.
Парня словно током ударило, так вздрогнуло его тело. Слишком быстро пронеслись события.
— При чем здесь Айша и Лили? — приподняв бровь спросил Нилрем. — У тебя все хорошо со слухом?
— Будь мой внук хоть кардиналом… ты искреннее не понимаешь? — кажется, бабушка наконец нащупала брешь в «защите» внука. Всего-то и надо было, что нанести по ней несколько «ударов».
— Они такие же равноправные члены семьи, как и я сам.
— В таком случае, почему ты позволяешь им оставаться в этой форме?
— Госпожа Клэр… — Лили хотело было вмешаться, спутать той карты, но Мадам по новой громко шлепнула по столу ладонью. По иронии, то была та самая разбитая ладонь. На удивление аристократки, она оказалась цела, а сейчас вновь полилась кровь, от которой, спустя секунду, не осталось и следа на месте происшествия. Латрей будто бы смотрела, как время текло назад, как её кровь возвращалась в рану, и как сама рана затягивается. Это было так быстро, что импульс боли, который унесся в голову пришёл лишь когда самой раны уже не было. Увиденное поразило Клэр очень сильно. Ей не составило труда понять, кто стоял за первым исцелением и, кто же повторил его второй раз.
Однако, это не поколебало старушку, которая все равно шикнула на прислугу.
— Внук, ты говоришь, они равноправны, но я не вижу это в твоих делах. Если они одеты как прислуга, то в этом доме, они должны вести себя как прислуга!
— Ты…
Стол вновь переживал жестокое обращение, на этот раз со стороны Нилрема, от ярости которого, по поверхности стола прокатились слабые разряды, лишь поверхностно выжигая по нему причудливый узор.
Айша позади Лили поежилась, вжала голову в плечи аки черепаха, пытающаяся спрятать голову в панцирь.
В голове мага находился гнев, но не ответы.
— Будет у тебя дом, и прислугу можешь туда свою забирать, но взамен, в будущем, ты отплатишь дому Латрей, — Клэр пыталась не замечать того, что случилось со столом. Её голос слегка дрогнул, как дрогнули и тонкие брови.
— Старуха, Айша и Лили моя семья.
Суровое лицо десятилетний парнишка вряд ли может изобразить страшный или очень уж серьезный вид, в силу физиологии человека. Вот если не видеть лица, лишь дрожащую спину Нилрема, можно и на придумывать всякого. Лили буквально смогла прочитать мысли господина по его спине.