Дверь за которыми пряталась Лили, оказалась до того тяжела, что сдюжить её, «великому магу» удалось лишь после короткой передышки перед порогом.
***
В помещение забежал мальчишка со светлой макушкой и синими, свободными от примесей глазами, такой нетерпеливый затейник, которых поискать в мире ещё надо. Знакомый Лили мальчик, со своими тайнами и секретами, казалось совсем не изменился все такой же крепкий, сильный, а взгляд его по-прежнему смотрел по всем сторонам с той толикой детского ненасытного глаза. Пусть, иногда его взор и вредно горделив, но он продолжает скалой держаться за тот неуязвимым внутренний стержень. Лили мягко обняла, тряхнула его блондинистую макушку, засмеялась, целуя в чистый лоб. Её словно сотканные из нежности руки укутали в себе мальчишку, который её вылечил, который пришёл её спасти. И пока мальчик от усталости принялся сопеть на руках у своей второй матери, она тихо, так чтобы не спугнуть, на ушко шептала ему сладости, говорила тёплое, нежное и в некотором смысле материнское: «Спасибо».
Наваждение длилось секунду, может дольше. Что Нилрем, что Лилия, оба сбились с обычного ритма, их дыхание прервалось, как и само сердце. Они вместе услышали, как далекий ветер шептал им сказку. Приятную и давно забытую за столько времени историю. Впервые, Нилрем ощутил себя по-настоящему «грязным», только когда увидел ту, кто всегда стирала его одежду.
Они встретились глазами и ещё минуту не могли сказать и слова ласкового. Растеряв свою привычную напыщенность, на удивление сидящих рядом с Лилей, Карлы и Роулза, Нилрем отвёл глаза в сторону. Он никогда не забудет, как неприятно находиться под строгими стёклами его четырёхглазой надзирательницы.
Вошедшие следом за Нилремом Аиша и Мари даже остановили свою молчаливую ссору, и с непониманием осмотрели всю картину.
Той же малышке Аише представлялось, где брат обнимает её маму, спрашивает:
«Привет, как дела? Я тут вернулся, тебя и умную сестренку забираю»
А Лили в ответ улыбается и ласково произносит:
«Юный господин, вы выросли так сильно, я так рада, что вы пришли за мной и моей дочуркой».
Только вот, ничего не складывалось. Абсолютно.
Кусочки пазла должны идеально подходить друг к другу, а они оказались совершенно с разных наборов.
Поборов себя, Нилрем ступил вперёд, помнил только как позади остались все койки стражей, а его тело уселось на вольную кровать напротив Лилии. Маленький маг коротко моргнул, и в казарме он остался сам на сам с горничной. Их разделяло два метра, три шага и целая пропасть тишины.
Вместо объятий, слов и всего прочего, они молчали. Лилия думала о том, как было хорошо раньше, Нилрем, в силу возраста не далеко ушёл и видел перед собой то же.