— Убирайтесь прочь! — рявкнула горничная.
— Мне надоело тебя слушать, — Пакс стоял далеко позади, и всей своей гнилой натурой, дулся, словно ему не покупали игрушку. — Джинджер, убей её.
Коротко брошенное слово остановило время. Нет, оно остановило далеко не время, а самих людей. Все рыцари в округе перестали издавать и звук, казалось, даже факелы и те утихли.
Темнейшая из ночей отдала легкий пас рукой, и все замёрзло в несуществующих льдах.
Лишь Пакс, секундой озираясь, вдруг понял, что никто его уже не слушал.
— Джинджер! Бесполезная ты сука! Иди и убей эту мерзкую прислугу! — последние слова Пакс пищал полукриком, но ни один мускул не дрогнул в теле рыцаря. — или тебе не дорога жизни собственных близких? Джинджер, выбирай! Либо эта прислуга, либо твой брат!
В глаза доблестному стражу бросились глаза брата. Они всплывали с озера воспоминаний. Все такие же, добрые, нежные, живые. В них теплилась та детская искорка любознательного мальчишки.
Зазвенела сталь, Джинджер ступила на шаг вперед, проталкивая грудью Лили назад. Из ножен блеснула красная полоса метала.
Но, на этом все и остановилось. Марево исчезло, и глаза брата сменились матерью, резким толчком, Джинджер уже хотела сделать шаг назад, но её спина наткнулась на те же мечи. Обернувшись, она поняла в чем дело.
Вся стража, все рыцари видели лица родных, а некоторые даже не могли сдержать влажных глаз. Слова Пакса о плененных родных, давили пуще твёрдой стены.
Их души рвались. Разрывались на части между собственными родными и матерью с дитём. Даже Лили, нет не сжалилась над стражей, вдруг полностью осознав их участь, но прошептала слова поддержки, которые услышала лишь ближняя Джинджер.
Все вновь застыли, как вдруг, ещё пока Пакс вдыхал воздух на новые угрозы, из прохода, который защищала Лили, донёсся детский голос.
— Всем отойти! — и все отошли… Так, наверное, и выглядел план в голове Аиши. В темном коридоре, она едва не держала огненный шар в руке, а тот осветил неуверенное да нервное личико молодой. — Всем отойти от мамы!
Девочка хмурилась тем больше, чем дольше никто не находил в её словах угрозы. Впрочем, её юные глаза не видели той скрытой боли, которую она причинила рыцарям. Незримый порез лучше любого огненного шара подействовал на Джинджер. Она впервые задалась вопросом:
«Может… отойти?»
А пламя все мерно тлело в ладошке девочки. Она сделала ещё два шажка вперёд, но никто не шелохнулся.
Тишина слишком долго давила на принца. Он и сам не являлся слепым котёнком и видел, видел, как сквозь пальцы сыпется песок терпения его пешек и как те, пока что лишь на миг, но косятся на него самого. Тиран без верных подданных лишь маленький фитиль, который ведет на склад с взрывчаткой. И видел Пакс, он сам поджёг конец собственного фитиля жизни.