Аиша приставила палец к губам и наклонила голову.
«Кажется, я здесь ещё не убиралась», это было равнозначно тому, что малышка ещё не заходила в эту комнату.
Она шагнула мелкими шажками, и немедленно уперлась носом о преграду. То был чудный смрад чего-то сгнившего. Плавный носик тут же сморщился, а Аиша отошла на несколько шагов назад. Оказавшись почти у самого порога, она вновь окинула комнату задумчивым взглядом. Аиша вспомнила прошлую вспышку магии, легкий ветерок, а ведь она могла проделать нечто более радикальное и сильное.
Кинув взгляд, на окно неподалеку, улыбка сама взобралась на молодое личико.
— Учитель говорил, что магия всесильна.
Аиша была готова поклясться, что так и было. Те чудеса, которые ей демонстрировал Учитель с магией, иногда казалось, выходили за грань. И молния, которая не ранит, огонь, который не сожжёт, вода, от которой руки сухи и даже ветер, которому под силу менять голос.
Открыв окно, всего одно, Аиша точно так же, но уже закрыла дверь. С того дня, как она использовала среднее заклинание воздуха прошло много времени, а пальцы ещё чувствовали прикосновение Учителя, его слова, его каменную маску и так желанную магию.
Воздух зарябил, Аиша закрыла глаза и глубоко вдохнула, чтобы после, эта рябь взбесилась, сгоняя ветер отовсюду, он будто языком слизал всю пыль, поднял прозрачную завесу, а после, все направилось во двор, через открытое окно. Секунда, две, три… пять… десять… пятнадцать, и только после, Айша громко выдохнула, приоткрывая глаза.
А комната, пропитанная чистым ветерком, сияла, как должны сиять хоромы после тщательной промывки. Ещё вздохнув поглубже, Аиша ещё сильнее приободрилась. Сжав кулачки, она вскинула руки вверх, ей хотелось крикнуть победное: «Е-ей!», но писк малышки утонул в вопросе:
— Ты что устроила?
Мгновение тишины, и Аиша ретировалась, опустила руки, поправила рабочую форму и приопустив брови уставилась в холодный пол.
— Прости, мама.
В дверном проёме, по-видимому, заметив выступление, стояла хмурая, как туча Лили. В купе с веником, она излучала явную опасность, с простой метлой в руках.
— Я тебе говорила, дочь, нельзя тебе магию творить.
— Я знаю.
Аиша действительно знала. Она была смышлёным ребёнком, гением, как воскликнул бы любой из братьев. И все же, Аиша была ещё ребёнком. Не имей она магии, все было бы по-другому, но поскольку она может колдовать.
— Аиша, дочь, тебя могут забрать, могут и увести кому, учителю или ещё кому на плаху. Я не хочу этого видеть, чтобы больше подобные глупости не совершались.
— Да, мама, я поняла.