— Не говори глупостей! Они ещё слишком маленькие, чтобы понимать сказку, да и книжек у них нет! Я ведь принцесса, Фуах! — в предосудительном кивке девочки и её самодовольстве скрывалась страшная глубина, подобно озеру или болоту. Матери это было как никому известно, но… завидев свою дочурку, что так самодовольно кивнула и улыбнулась, её сердце не могло сдержаться от писка радости и милоты.
— Конечно, конечно ты моя принцесса, — прижав к себе голову девочки, мать глубже зарылась ей в волосы своим носиком с лёгкой горбинкой. — Хах, как тебе откажешь, давай книжку.
— Ещё бы! Фуах! Я самая лучшая!
И женщина в расцвете сил, уселась рядом с дитятком и начала вещать. То тихо, то страстно, то тайно, то почти что шепотом. А на неё, как на настоящую королеву, смотрела девочка с самыми светлыми глазами.
Сказ, по материнской правде, повествовал не самую увлекательную историю. Вернее будет сказать, история была до крайности проста и невинна. Возможно дело в том, что написали её только для одной особы — девочки, которая и слушает её раз за разом, с небольшими перерывами.
Такое отношение могло частично пояснить и плохой переплёт, и неровные страницы, и даже отсутствие обложки. Никто и в ужасном сне не назвал бы «это» книгой, уж вернее «Франкенштейн».
Но что там книга, ведь не в обложке дело.
Книгу должны наполнять буквы, слова и предложения.
Сюжет крутился вокруг украденной принцессы Светлого Королевства. Как и любую уважающую себя принцессу в беде, её заперли в самой высокой комнате в самой высокой башне.
Принцесса Анна-Роуз. По странному стечению обстоятельств, так же звали и девочку, которой читали книгу. Вместо бравых подвигов рыцаря на белом коне и в сияющих от блеска латах, история больше сосредоточилась вокруг Дракона и Анны-Роуз, вокруг принцессы и монстра.
Как все знают, у Дракона есть башня, куда он отводит украденных принцесс, а ещё у Дракона много жизней. Нужны они ему, чтобы проделывать похищение по одному за неделю, точно в день, когда сказку собираются слушать.
Для взрослых, данная бумага без переплёта едва ли имела какую ценность или смысл. Не так уж и много деревенских умело читать, но мать малышки Роуз (так её сокращённо зовут друзья и родные), умела и вовсе это не скрывала.
Прошло не больше пятнадцати минут, как небольшая история подходила к концу. В прошлом, сияющие глазки девочки потухли. Своим кулачком она лениво потирла их, дабы скинуть сонное настроение, да что уж там, ей не удалось и в пол процента скинуть сон, тот словно озорной, лишь ещё более резво на неё накинулся. И вот, сладко зевнув, уши девочки переставали слышать. Мать продолжала читала, но дочь уже не слышала. Те несколько последних слов, о незаконченном финале и том, как на следующей неделе Дракон снова вернётся, девочка уже не воспринимала как звук. Слова оказались тише воды, которой нравится литься по русле реки.