«И это… справедливость?»
У мальчика сложилось то же выражение лица, как и у ребенка, который до поры до времени, радовался новоприобретенному питомцу. Дитятко совершенно не замечало, каким питомец был на самом деле. А за пушистой милостью прятался ползущий хищник. И этот хищник только что принес глазам мальчика окровавленный труп, жертва когтей и клыков. Вскрывая свое естевство, он мало чем напоминал домашнее животное.
Рутра раскрыл сторону своей мечты с совершенно омерзительной для себя стороны.
Только вот, никто и никогда не скрывал от Нилрема участь бандитов. Их не жалели, обращались как с добычей.
И ровно сейчас, когда к замершему Рутре, в десяти от него метрах начала ползти девушка, что-то мямля, исторгая из глотки не то стоны, не то крики, вперемешку из соплей, слюней и слез. Половину её лица, (когда-то на мысль Рутры, миловидного) обожгло, и на нем активно формировались волдыри. На руках должна наблюдаться та же картина, но своим движением она каждый раз сдирала кожу, вырисовывая на земле кровавую подпись.
Что-то внутри Рутры стукнуло.
К нему тянули руку, прося помощи. Для этого не нужно было слышать слов, для этого не нужно было видеть глаза, это просто ощущалось, как обычный человек ощущает голод, так и Рутра ощущал всем телом, нужна была помощь. Им нужна его жизнь.
Наконец Рутра отмер, его тело дрогнуло, мысли вернулись на свой порядок, а рука потянулась к нуждающейся, ведь ради этого он живёт, но…
Мгновенно что-то блеснуло, со стороны леса, из-за кустов и высоких деревьев, что-то очень быстро пролетело, вызывая локальный «Бах». От неожиданности, Рутра резко кинул туда взгляд, его быстро нагнала мысль, что подобным заниматься мог, разве что его друг. Взгляд, который вернулся к утопающей, так и застыл, ещё на несколько секунд.
Там, где ранее была просящая, теперь остался труп без головы.
Рожденное от справедливости чувство, оказалось до того мерзопакостным, блевотным, гадким, порочным, что казалось, светлые побуждения никогда не могли привести к подобному исходу. Словно у ангела родился бес, словно человек родил демона, словно из воды зародился огонь.
— Неправильно… — Рутра просто не мог принять это. Он не мог принять то, что видел перед глазами.
Горечь жестко тронула его веки обжигающим пламенем.
— Эй, плешивый, тебе жить надоело?! — рядом проскочил Нилрем, от которого разило кровью. Он пестрил подтеками, отнюдь не чужой крови, по всем параметрам, изодранность одежды обеспечилась разрезами настоящего меча.
— Н-нил, ты в порядке?! — переключившись на друга, Рутра подбежал быстрее пули, лишь чтобы затем схлопотать тяжёлый удар в лицо, от которого его тушку прокатило по земле.