— Я тоже рада тебя видеть.
Её голос — тихий, но уверенный, и я вдруг понял, как сильно скучал по нему.
Мы обменялись короткими фразами: она рассказала, что теперь организует такие мероприятия, и я не смог скрыть восхищения.
— Я не сомневался в твоих способностях, — сказал я.
Она улыбнулась:
— Спасибо. А где жена?
Я сменил тему, чувствуя, как внутри поднимается жар.
— А у тебя как личная жизнь?
Её ответ был колок:
— Я свободна, никаких обременений.
Этот укол ревности пронзил меня насквозь.
Вокруг неё — мужчины, а она свободна.
И я ощущал желание захватить, вернуть, даже если это было глупо.
Вечер постепенно перешёл в поздние часы.
Я пил. Много.
И чувствовал, что Селена тоже выпивает.
Мы косо смотрели друг на друга весь вечер, играя словами, смехом, жестами.
Напряжение висело в воздухе, почти осязаемое.
В конце вечера, сам не понял как, я пошел за ней. Она зашла в лифт. Я следом, тишина, очень громкая тишина.
Мы оказались вдвоём.
Молчание. Только взгляд.
Буря внутри меня была на пределе, я не мог контролировать свои эмоции, себя. Секунды казались вечностью. Её губы, её пронзительные глаза, этот чертов запах словно окутал меня как вуаль.
И вдруг всё прорвалось.
Один шаг, я сжал её за горло и впился губами.
Поцелуй. Жаркий, обжигающий. Я стал твердым за секунду. Она тихо стонала мне в рот, этот звук, звук её стонов…
Я не мог больше оторваться от неё, не мог здраво мыслить. К черту все, сейчас есть я и она.
Страсть, желание, боль и воспоминания — всё смешалось в одном мгновении.
Как будто расстояние и время не существовали.
Как будто никогда не было расставания.
И я понял, что никакая другая женщина, никакие интриги, никакие деньги и сделки — не могут заменить её.
В этой агонии мы добрались до номера. Я так и не оторвал от неё свои губы, не мог насытиться. Она начала прикасаться к моему стволу, боже я сейчас кончу как мальчишка прямо в штаны.
Это дьяволица начала покусывать мне шею, я поднял её на руки и понес кровати, сжимая её ягодицы как хищник добычу.
Свет пробивался из окна — мягкий, тёплый, рассыпавшийся на её плечах.
Я провёл пальцами по её лицу, словно боялся, что это сон.
Она коснулась моей руки, и это прикосновение — не страсть, а признание:
“Я всё ещё помню.”
— Не могу дождаться когда я окажусь в тебе, но для начала, я хочу чтоб ты умоляла.
Дикий зверь вырвался наружу, я порвал ей платье, она вскрикнула. Начал осыпать её ноги поцелуями, сминая при этом её грудь. Селена извивалась, наклонялась ближе и ближе, как будто боялась, что я остановлюсь. Я бы не смог.
Трусики полетели в сторону, губами я коснулся её киски, она вцепилась мне в волосы, стон… За этот стон я сейчас готов был отдать все на свете.