В США эта сфера уже перенасыщена, а мне хотелось, чтобы за границей тоже знали, кто такая Селена Восс.
Я летела в Париж ранним рейсом.
За окном — бесконечное небо, а внутри — тишина, в которой, как бы я ни старалась, звучало одно имя.
Саид.
Я ненавидела себя за это.
Два года.
Два года, а он всё ещё где-то рядом.
Не телом, не голосом — ощущением.
Как шрам, который уже не болит, но стоит лишь прикоснуться — и память вздрагивает.
Франция встретила меня дождём и запахом кофе.
Я сразу окунулась в работу — встречи, договоры, визиты на площадку.
И на каком-то из приёмов познакомилась с мужчиной.
Адам.
Высокий, уверенный, с мягкой улыбкой и вежливостью, к которой так тянется уставшая душа.
Он пригласил меня на ужин — и я согласилась.
Всё было идеально: ресторан у Сены, огни вечернего города, лёгкий смех.
Я даже поймала себя на мысли, что мне хорошо.
Но потом он взял мою руку.
И всё исчезло.
Не потому, что он сделал что-то не так.
А потому что его прикосновение ничего не вызвало.
Ни тепла, ни дрожи, ни внутреннего огня.
Я смотрела на него — и вспоминала не его глаза, а другие.
Не его голос, а тот, что шептал моё имя с восточным акцентом.
Я слышала в голове Саида, видела, как он смотрит, как сжимает ладонь, как его взгляд всегда будто раздевает до самой сути.
Я отстранилась.
Улыбнулась.
Сделала вид, что просто устала.
В ту ночь я долго не могла уснуть.
Париж спал за окном, а я лежала, уставившись в потолок, и думала:
Почему нельзя просто вычеркнуть человека из сердца так же, как из списка контактов?
У меня есть всё — работа, имя, друзья, перспективы.
Но нет главного — покоя.
Когда проект завершился, я возвращалась в Калифорнию уже с чувством внутреннего опустошения.
Да, я получила новый контракт, да, меня хвалили, но это не заполнило пустоту.
И всё же я решила — хватит.
Никаких воспоминаний. Никаких “а если бы”.
Я хочу жить дальше.
В аэропорту, пока ждала багаж, пришло письмо.
От отдела международных спортивных мероприятий.
“Приглашение к сотрудничеству. Калифорния. Турнир по лёгкой атлетике.”
Я усмехнулась.
Судьба словно намекала:
“Попробуй снова. Только уже на своей земле.”
Я нажала «Принять».
Пару часов после окончания мероприятия я просто хотела посидеть в тишине. Без камер, без спешки, без чужого шума. Заказала себе воду с лимоном, сняла бейдж организатора и впервые за день позволила себе просто быть Селеной, а не «той самой женщиной, которая всё контролирует».
Сидела у бара, смотрела, как публика постепенно выдыхает после дня соревнований. Девушки — блестящие, смеющиеся, выискивающие в толпе того самого чемпиона. Мужчины — уверенные, с осанкой победителей.