Я поставил стакан на стол.
— Если бы ты была матерью, — сказал я медленно, — ты бы знала, чего в первую очередь хочет твой ребёнок.
Я сделал шаг к ней.
— Ещё раз ты подойдёшь к Селене. Ещё раз заговоришь с ней неуважительно. Ещё раз попытаешься настроить Амира против неё — ты соберёшь вещи и уедешь отсюда.
Она смотрела на меня, не веря.
Не смогла сказать ни слова.
Развернулась и вышла, хлопнув дверью так, что звук разнёсся по всему особняку.
В доме вдруг появилась тишина.
Не та гнетущая, в которой слышно собственные мысли и от которой хочется сбежать, а другая — настоящая. Живая. Та, в которой ничто не давит и никто не раздражает. Будто из воздуха убрали все острые углы.
Мои дни стали похожи друг на друга.
И самое странное — мне это нравилось.
Утром меня будил Амир. Он врывался в комнату без стука, с растрёпанными волосами и важным видом, словно выполнял самую ответственную миссию в мире. Мы вместе спускались вниз, и завтракали теперь только втроём.
Я. Амир. Саид.
Иногда к нам присоединялись его сёстры. За то время, что я здесь, я успела с ними сблизиться. Особенно с Нур. Она часто заходила ко мне — просто так, без повода. Мы болтали обо всём подряд, гуляли в саду, иногда просто сидели молча, и в этом молчании не было неловкости.
Младшая сестра Саида почти всегда была на учёбе, мы виделись редко. Старшая и вовсе улетела по работе, поэтому моё время делилось между Амиром и Нур.
После завтраков мы обычно играли или гуляли. Иногда к нам присоединялся Саид. Тогда мы плавали в бассейне, читали книги, смотрели мультики. Всё это было таким… тёплым. Настоящим. Почти семейным.
Я ловила себя на мысли, что перестала считать дни.
Когда Амир засыпал, ночи начинались для нас.
Каждую ночь Саид приходил ко мне. И каждый раз — будто в последний. Он целовал меня украдкой, словно боялся, что нас увидят стены. Его губы касались моей шеи, плеч, пальцев. Он крал мои поцелуи между словами, между вдохами.
— Я не могу без тебя и часа, — говорил он тихо, почти шёпотом.
От этих слов у меня кружилась голова. В животе всё сжималось, словно там действительно жили бабочки — живые, беспокойные, готовые вырваться наружу.
То, каким он был со мной…
То, каким отцом я его видела…
Это меняло всё.
Я почти забыла о расследованиях. О причинах, по которым оказалась здесь. Было ощущение, что я в правильном месте. С правильным человеком. И, возможно, впервые в жизни — в нужное время.
Иногда, правда, появлялся этот червячок. Маленький, но ядовитый.
Ты всего лишь вторая жена.
Ты здесь случайно.
Это не твой дом.
Он ковырял сердце, напоминал о реальности, о том, что сказки не бывают вечными. Но я позволяла себе забываться. Потому что так было проще. Потому что так хотелось.